Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Александр Фурсенко.   Династия Рокфеллеров

IV

Когда Нельсон возвратился в столицу, чтобы уведомить о готовности взяться за дело, его принял президент. В ходе короткого разговора Рокфеллер спросил, как относится Рузвельт к его связям с нефтяными компаниями и к тому факту, что он является республиканцем. «Меня это не беспокоит, — ответил Рузвельт. — Пусть это останется на моей ответственности». Спустя несколько дней Белый дом официально назначил Нельсона Рокфеллера главой Комитета по координации межамериканских дел.

В Вашингтон переехали участники ранее созданной Нельсоном латиноамериканской группы и ряд других деятелей рокфеллеровских предприятий. Они сформировали руководящее ядро новой организации. Кроме того, были приглашены специалисты самых различных областей, начиная с экономистов и кончая экспертами по кино и спорту. В общей сложности штат Комитета составил около полутора тысяч человек. Для начала ему было выделено из особого фонда президента 3.5 миллиона долларов, а затем последовали десятки миллионов бюджетных ассигнований.

Один из сотрудников Рокфеллера окрестил новую организацию «фабрикой пропаганды». Действительно, это была целая фабрика. По инициативе Рокфеллера построили предприятие по выработке бумаги, которой снабжали латиноамериканские газеты и журналы. Одновременно были основаны информационные агентства. Они поставляли новости, статьи и различный иллюстративный материал. В Вашингтоне готовился материал о жизни США и остального мира. А на местах специально нанятые люди строчили статьи на местные темы. 60 писателей и журналистов было привлечено для выполнения этой работы. А во главе отдела печати был поставлен опытный сотрудник «Ассошиейтед пресс», Ф. Джемисон, приглашенный Нельсоном по совету Уинтропа и с тех пор до конца жизни остававшийся на службе у Рокфеллеров.

Уже в первый год деятельности рокфеллеровского Комитета в зависимость от него попало 1200 латиноамериканских газет, получавших каждый месяц около двух тысяч статей. Впоследствии количество ежемесячно отправляемых материалов достигло рекордной цифры — 33 тысячи. Не рассчитывая на то, что газеты добровольно будут печатать эти материалы, рокфеллеровский Комитет помещал многие из них в качестве объявлений. За это вносилась определенная плата, и уже в первые месяцы работы Комитета расходы на подобного рода печатные объявления составили несколько сот тысяч долларов. Дед и отец Нельсона широко пользовались этим приемом для подкупа американской прессы. Теперь их внук и сын перенес этот прием на международную арену, заменив рекламу рокфеллеровских товаров рекламой американского образа жизни.

Наряду с подготовкой газетных материалов Комитет издавал иллюстрированный журнал на испанском языке тиражом около полумиллиона экземпляров. Впоследствии он стал выпускаться также на португальском языке для Бразилии и на французском — для Гаити. Главной темой подготавливаемых Комитетом материалов наряду с пропагандой американского образа жизни была межамериканская солидарность. Этой же цели была подчинена программа радиопередач, а также кино. Сотни американских кинофильмов были отправлены в Латинскую Америку. Их демонстрировали в больших городах и удаленных от центра поселениях. Была поставлена цель: «Ни одной самой глухой деревни без американских фильмов». Помимо многочисленных постоянных пунктов для показа фильмов, на деньги Комитета было приобретено 200 передвижных установок. Кроме того, широко практиковались гастроли музыкальных ансамблей, различные выставки, поездки кинозвезд и знаменитых спортсменов. Все это входило составной частью в программу рокфеллеровского Комитета.

И все-таки, как бы ни велико было значение пропаганды в деятельности Комитета, ей отводилась лишь вспомогательная роль. Главным в отношениях с Латинской Америкой продолжала оставаться экономическая экспансия. 50 процентов прибыли, ежегодно получаемой вкладчиками капитала латиноамериканских предприятий, служили основным стимулом в работе Комитета. Удобным предлогом для внедрения американского капитала была борьба с немецкой и японской угрозой в западном полушарии. Эта угроза реально существовала, но вытеснение немцев и японцев создавало благоприятную возможность для внедрения американского капитала. При содействии Государственного департамента, Федерального бюро расследования и агентов деловых предприятий США в Латинской Америке Комитет составил «черный список», в который вошло 1800 фирм. Одни из них принадлежали немцам или японцам, другие подозревались в этом. А иногда ярлык нацистского предприятия приклеивали просто для того, чтобы убрать с дороги конкурента. Под финансовым нажимом и в результате политического давления США предприятия «черного списка» вынуждены были освободиться от неугодных вкладчиков и уступить место американцам. Одной из наиболее крупных операций Комитета был захват линий воздушного сообщения в Латинской Америке. Эта акция осуществлялась при поддержке начальника генерального штаба Дж. Маршалла, а ее проведение мотивировалось интересами национальной безопасности. Но одновременно от этого выигрывали Рокфеллеры, заинтересованные в компаниях гражданской авиации.

Соединенные Штаты все еще оставались в стороне от военного конфликта. Но производство вооружений и амуниции приобрело гигантский размах. Целые караваны судов регулярно отправлялись из американских портов, чтобы доставить грузы с надписью «сделано в США» воюющим державам. Военный бизнес с каждым днем приобретал возрастающее значение. Колеса военной машины вертелись быстрей и быстрей, а сама машина поглощала в огромных размерах все новые и новые порции сырья. Собственных американских запасов уже не хватало. Между тем Латинская Америка располагала неисчерпаемыми ресурсами. И Нельсон знал это лучше, чем кто-нибудь другой. По его инициативе Экспортно - импортный банк США приступил в широких масштабах к финансированию торговых сделок с Латинской Америкой. А рокфеллеровский Комитет, получив санкцию Совета национальной безопасности, заключил с большинством латиноамериканских стран на пять лет вперед соглашение о покупке всего их экспорта важнейших видов сырья по заранее установленным ценам. Это был важный акт, посредством которого США крепко привязывали к себе экономику западного полушария.

Рокфеллер энергично расчищал в Латинской Америке поле для американского капитала, никогда не забывая о собственных предприятиях и прежде всего — об интересах «Стандард ойл». Говорили, что он посвятил себя служению нации. Как много лет спустя писал С. Олсоп, над ним постоянно витал символ доллара. А пропаганда и реклама окружили его ореолом патриотизма. Он уже чувствовал себя героем дня и в честолюбивых мечтах вознесся па пьедестал подвижника. Однако неожиданно достоянием гласности стали факты тайного сговора Рокфеллеров с германскими монополиями. Оказалось, что «Стандард ойл» способствовала усилению военного потенциала Германии в ущерб национальным интересам США. Она помогала немецкому концерну «И. Г. Фарбен- индустри» проектировать заводы по производству синтетического авиационного бензина и каучука. В то же время данные, необходимые для постройки таких заводов в США, рокфеллеровская компания по требованию немцев скрывала. Рокфеллеры пытались опровергнуть это обвинение. Но занимавшаяся расследованием сенатская комиссия, основываясь на документах, изъятых из дел «Стандард ойл», констатировала: «Вывод остается в силе». Во главе комиссии стоял тогдашний сенатор Трумэн, который заявил, что действия рокфеллеровской компании — «это измена».

Сенсации в этом не было. Соглашения и сделки с противником заключались и раньше, еще во время первой мировой войны. Интересы бизнеса никогда и ни перед чем не останавливались, даже если речь шла о национальном предательстве. Разоблачение соглашений «Стандард ойл» с гитлеровским концерном пришлось на первые месяцы вступления США в войну. Компрометируя Рокфеллеров, оно низвергло Нельсона с пьедестала, на который тот уже было взобрался. Но это отнюдь не помешало ему продолжать свою государственную деятельность.

Когда Нельсон переехал в Вашингтон, ему только что исполнилось 32 года. Первое время Рокфеллер поселился в доме Форрестола и не раз прибегал к его советам. Но тот уже получил назначение заместителя военно- морского министра и руководителя повой морской программы. Ему некогда стало заниматься Латинской Америкой. Во время аудиенции у Рузвельта Рокфеллер спросил президента, какими принципами ему надлежит руководствоваться в Латинской Америке. «Над этим работает Форрестол. Вы все узнаете от него», — сказал Рузвельт. Но когда Нельсон обратился с тем же вопросом к Форрестолу, то получил неожиданный и бесспорно обрадовавший его ответ: «Это и есть ваша первая задача — выработать принципы политики».

Нельсон был новичком в политике. Многое из того, что он увидел, не вязалось с практикой «большого бизнеса». Однажды на заседании Совета национальной безопасности Рокфеллер оказался свидетелем сцены, которая, по словам биографа Нельсона Морриса, привела его в замешательство. На повестке дня стоял вопрос об образовании Управления промышленностью. Обращаясь к У. Надсану из компании «Дженерал моторе», Рузвельт сказал: «Билл, я назначаю Вас председателем». А затем, обернувшись к присутствовавшему на заседании профсоюзному лидеру С. Хиллмену, произнес: «А Хиллмена я назначаю сопредседателем». Такая практика одновременного назначения в правительственные органы представителей делового мира и профсоюзных лидеров была распространена в годы «нового курса». Но, желая выяснить, кому из них будет принадлежать решающий голос, Налсен спросил: «Кто же несет ответственность и что значит сопредседатель?». — «В случае, если между вами возникнет какое-либо разногласие, —отвечал Рузвельт, — я посажу вас в отдельную комнату и запру на ключ до тех пор, пока вы не договоритесь». Такой метод был явно не по вкусу представителям «большого бизнеса».

Вместе с тем справедливость требует отметить, что Рокфеллер быстро освоился в бюрократических дебрях американской столицы. Каждое утро в 10 ч. 30 м. он присутствовал на административном совещании своего комитета. А весь остальной день был заполнен визитами в различные департаменты и агентства, встречами с конгрессменами и деловыми людьми. Нельсон был частым гостем в Белом доме, много времени проводил в Капитолии, добиваясь нужных решений и ассигнований. Оп вербовал себе союзников и активно действовал в лобби. Вечер оставался для обедов и раутов. Здесь можно было продолжить деловые переговоры и завести полезные знакомства. Нельсон был молод и неопытен, но это восполнялось его самоуверенностью. «Я никогда не понимал, как люди могли считать его застенчивым и наивным, — вспоминал впоследствии один из чиновников Комитета. — Ему не хватало политического опыта, но он привык иметь дело с самыми продувными и циничными, самыми изощренными дельцами в Нью-Йорке и Южной Америке. Он знал дело, которым занимался. Его показная дружественность иногда принималась за наивность. Но время показало, что он знал, как защитить себя в схватках».

Да, Нельсон умел постоять за себя, а когда нужно — и столкнуть тех, кто стоял на его пути. Он привык к тому, что в деловом мире голос Рокфеллеров не пререкаем, а их действия безапелляционны. Ему пришлось приспосабливаться к столичной жизни, и он обнаружил большие способности в постижении бюрократической премудрости. Но подчинять кому бы то ни было свои желания было не в правилах Рокфеллеров. Нельсон хорошо сознавал свою цель и шел к ней, невзирая ни на что. Он без стеснения вмешивался в дела других учреждений, связанных с Латинской Америкой, нажив себе этим немало врагов.

У него оставались натянутые отношения с государственным департаментом и рядом других ведомств. Он не привык церемониться, переходя обычно сразу после знакомства на фамильярный тон. Но государственный секретарь Хэлл п его заместитель Уеллес держали его всегда на расстоянии, обращаясь строго официально — «господин Рокфеллер».

Около 300 человек насчитывали представительства рокфеллеровского Комитета в латиноамериканских странах. Они не подчинялись посольской службе, конкурируя с ней. Вследствие этого у Рокфеллера сложились напряженные отношения с послами. В Мексике, например, эти отношения достигли такой остроты, что Нельсону пришлось самому выехать на место, чтобы уладить разногласия. Сначала переговоры с послом не дали результата. Но на рауте в посольстве Нельсон, воспользовавшись тем, что один из посольских чиновников перепил, выведал у него сведения, компрометирующие посла. На другой день Нельсон пришел к послу и хладнокровно пустил в ход шантаж: если рокфеллеровскому Комитету в Мексике не окажут поддержку, компрометирующие посла сведения будут преданы гласности. Угроза подействовала. Посол вынужден был обещать Рокфеллеру свою помощь.

Одна из основных целей Комитета состояла в том, чтобы ликвидировать антиамериканизм и пресечь коммунистическое движение. Но тут Рокфеллер оказался бессилен. Нельсон много ездил. Эти поездки назывались «миссией доброй воли». Особенно тщательно он готовил свою поездку в Бразилию. Но, как мрачно шутили по этому поводу в Вашингтоне, «еще одна такая миссия доброй воли, и Бразилия объявит нам войну».

Враждебное отношение к Соединенным Штатам сохранялось, а коммунисты приобретали растущее влияние. Зато Рокфеллер сумел наладить контакты в буржуазных кругах. Он привлек на свою сторону некоторых политических деятелей, сделав их союзниками. 140 миллионов долларов, истраченных за четыре года существования Комитета, сделали свое.

Когда в начале 1939 г. Нельсон приехал в Венесуэлу, тогдашний лидер оппозиции Бетанкур выступил с протестом против его приезда на страницах редактируемой им газеты «Аора». «После осмотра своих обширных нефтяных владений, — писал Бетанкур, — он возвратится в свой оффис наверху Рокфеллеровского центра, в теплое убежище своего дома, чтобы вновь заняться своими делами в качестве филантропа и покровителя искусств. Позади останется Венесуэла, производящая 180 миллионов тонн нефти для Рокфеллеров. Позади Венесуэла с ее полумиллионом детей, не имеющих школ, ее рабочими, без достаточного питания, ее 20 тысячами нефтяных рабочих, большинство которых проживает в домах, установленных компанией развития, которые лучше всего называть наскоро построенными спичечными коробками, Венесуэла — с ее 3 миллионами пауперов, жертвами ужасных эпидемий. Таково значение эксплуатации Рокфеллерами нашей страны и его показного лицемерия».

Через несколько лет Бетанкур оказался у власти. Став президентом, он изменил курс на 180 градусов. Рокфеллер сумел найти подход к буржуазным деятелям типа Бетанкура. Он не только привлек его на свою сторону, но и сделал участником своих предприятий. В ход была пущена продуманная система, посредством которой рокфеллеровский Комитет вербовал себе агентуру в политических кругах стран западного полушария. Одновременно Рокфеллер наладил тесный контакт с латиноамериканскими посольствами и представительствами в Вашингтоне, став их частым гостем. В этом смысле в деле развития межамериканской солидарности произошли заметные сдвиги, и Нельсону здесь принадлежала немалая заслуга. Поэтому, когда в декабре 1944 г. был назначен новый государственный секретарь Стеттиниус, Рокфеллеру предложили место его заместителя по Латинской Америке.

Чтобы занять этот пост, нужно было пройти утверждение сената. Против Рокфеллера выступил сенатор P. Лaфоллет, сын известного «прогрессиста», активного сторонника антитрестовского движения. Следуя традициям отца, он боролся против засилия монополий и являлся активным сторонником «нового курса». Лафоллет был одним из лидеров либеральной оппозиции демократов в конгрессе. Возражая против назначения Рокфеллера, сенатор заявил, что оно способно «разрушить надежду американского народа на справедливый и демократический мир». Однако призыв Лафоллета не нашел поддержки. Только восемь сенаторов проголосовали вместе с ним, остальные высказались «за». Между тем то, что говорил Лафоллет, было пророчеством.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Анатолий Максимов.
Никола Тесла и загадка Тунгусского метеорита
e-mail: historylib@yandex.ru
X