Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Аскольд Иванчик.   Накануне колонизации. Северное Причерноморье и степные кочевники VIII-VII вв. до н.э.

2.4.3. Другие свидетельства знакомства Алкмана со скифами

Предположение о том, что Алкман был хорошо знаком со скифами и их эпосом, подтверждается тем, что связанные с ними реалии упоминаются еще в двух фрагментах сочинений этого поэта. В одном из них, сохранившемся у Стефана Византийского (fr. 156 Page = 192 Calame = Steph. Byz. s.v. Ισσηδόνες), утверждается, что Алкман писал об исседонах, причем называл их, в отличие от всех других греческих авторов, Έσσηδόνες. Алкману, таким образом, хотя бы по названию был известен этот полумифический народ, локализовавшийся, судя по всему, в восточной или северо-восточной части ареала обитания скифо-сакских номадов. Отличие названия исседонов у Алкмана и более поздних авторов, возможно, следует объяснять происхождением поэта из лидийских Сард. В лидийском языке i и е, видимо, не были самостоятельными фонемами и в нем отмечается их взаимозаменяемость25.

В другом фрагменте Алкман впервые в античной традиции упоминает Рипейские горы (fr. 90 Page = 162 Calame) — образ, игравший существенную роль в индоиранской мифологии. Неясно, является ли образ этих гор в греческой мифологии заимствованным у иранцев (что представляется наиболее вероятным) или восходит к общему с иранскими представлениями источнику26. В любом случае, однако, Рипейские горы в греческой традиции были всегда связаны со скифским миром.

Упоминание Алкманом «колаксаева коня» и других скифских реалий, видимо, отражает его особый интерес к экзотическим малоизвестным, в основном азиатским, народам, которых он, очевидно, охотно называл в своих поэмах. Александр Полигистор посвятил таким упоминаниям целое сочинение Περι τών παρ’ Αλκμάνι τοπικώς ειρημένων (FGrHist 273 F 95 — 96). Несмотря на скептицизм Ф. Якоби, вероятно, именно из него происходят ссылки на Алкмана у Стефана Византийского (9 раз). Рассмотренный выше «Парфений» позволяет предполагать, какой характер носили такие упоминания в поэмах Алкмана: речь должна идти не о развернутых описаниях, а о сравнениях и аллюзиях, многие из которых, вероятно, оставались загадочными не только для позднейших читателей, но и для лаконских современников Алкмана. Соблазнительно предположить, что свой вкус к азиатской экзотике и свои познания Алкман приобрел в молодости в родных Сардах27.

Таким образом, фрагменты Алкмана свидетельствуют о том, что какая-то часть греков не позже конца VII в. до н. э. не только хорошо знала скифов, но и была очень хорошо знакома с их мифологией и, вероятно, эпосом. Это знакомство могло произойти либо в ходе начавшейся колонизации Северного Причерноморья, либо в Малой Азии28. Из этих двух возможностей вторая кажется предпочтительной. В самом деле, самая ранняя греческая колония на северном побережье Черного моря, на Березани, была основана, видимо, в третьей четверти VII в. дон. э., другие ранние колонии — в конце того же или даже начале следующего столетия. Только после основания этих колоний у греков установились достаточно постоянные и тесные контакты с северопричерноморским населением. Для того, чтобы полученная колонистами информация о местных варварах стала достаточно широко распространена в метрополии, также требовалось немалое время. Кроме того, появление таких сведений ожидалось бы прежде всего в Милете, метрополии ранних причерноморских колоний. Глубокая осведомленность о скифах лаконского поэта лидийско-греческого происхождения, к тому же покинувшего Сарды в юности (т. е., очевидно, в третьей четверти VII в. до н. э.) и не имевшего никаких северопричерноморских связей, в этих условиях выглядит странной и остается беспрецедентной не только среди его современников, но и позже.

Представляется поэтому, что информацию о скифах Алкман получил в своих родных Сардах29. Это предположение подтверждается и формой упомянутого им названия исседонов с первым «е», которая отличается от формы этнонима, известной из всей остальной грекоязычной традиции и объясняется, скорее всего, некоторыми фонетическими особенностями лидийского языка. Контакты населения Лидии и ее столицы Сард с ираноязычными номадами в VII в. дон. э. были достаточно интенсивными. Весьма долгими они были с киммерийцами, пребывание которых в западной части Малой Азии засвидетельствовано источниками начиная с 70-х годов VII в. дон. э. и, видимо, до рубежа с VI в. до н. э., когда с ними пришлось иметь дело Алиатту30. В течение всего этого времени контакты между киммерийцами и лидийцами (как правило, враждебные) не прекращались. Видимо, в конце этого периода начались и контакты лидийцев со скифами. Во всяком случае, Геродот сообщает о пребывании какого-то количества скифов в Сардах при Алиатте (I, 73). Неясно, через кого — киммерийцев или скифов — эпические сказания и мифологические представления иранских кочевников стали известны в греко-лидийской среде Сард. Учитывая достаточно раннюю дату Алкмана, писавшего уже во время своего пребывания в Спарте и проведшего в Сардах лишь молодость, более вероятной представляется первая возможность. Если это так, то упоминание «колаксаева коня» позволяет сделать некоторые существенные выводы о духовной культуре и языке киммерийцев. В самом деле, имя «Колаксай» свидетельствует не только о том, что тот народ, у которого Алкман заимствовал соответствующий эпический сюжет, говорил на одном из северо-восточных иранских («скифосарматских») диалектов, но и о том, что этот диалект имел ряд специфических черт, в частности, в нем уже в VII в. до н. э. происходил переход г > I. Этот диалект, следовательно, был близок диалекту тех скифов, со слов которых Геродотом или его информатором была записана первая версия этноге-нетической легенды скифов (IV, 5 —7)31, а также и позднейшему осетинскому языку.

То, что киммерийцам (или скифам), находившимся в Малой Азии, были известны легенды о Колаксае, некоторые из которых Геродот записал позже в Северном Причерноморье, не должно удивлять. Они, очевидно, были известны разным племенам ираноязычных номадов. Следы этих легенд, происходящих с разных территорий (разумеется, в несколько различающихся вариантах) сохранились у ряда античных авторов. Здесь следует назвать две версии легенды о происхождении скифов, вероятно, заимствованные Геродотом из разных источников (IV, 5-10), и версию Диодора (II, 43, 1 — 2), вероятно, восходящую к ираноязычным племенам Северного Кавказа. Следы знакомства с этой легендой обнаруживаются и у других авторов — в гесиодическом «Каталоге женщин» (fr. 150, 15 — 16 Merkelbach - West), у Валерия Флакка (VI, 48 — 68), Курция Руфа (Hist. Alex. VII, 8, 17-18) (ср. выше, 1.1.3), причем в последнем случае легенда оказывается связанной со среднеазиатскими саками.

Возможно, отголосок одной из легенд о Колаксае сохранился у Лукиана в его диалоге «Токсарис». Лукиан сообщает, что у скифов пользовались особым почитанием два друга-героя, которых греки отождествили с Орестом и Пиладом. Содержанием их подвига, в точности, как в нартовском эпосе, был удачный набег, завершившийся бегством с добычей, который в греческой интерпретации превратился в известный поход Ореста в Тавриду, закончившийся похищением Ифигении и статуи Артемиды. Лукиан добавляет, что на скифском языке эти герои называются Κοράκοι (Luc. Тох. 7). Возможно, это слово является одной из диалектных форм имени Колаксая (*hvarya-xšaya-), в которой, в отличие от других, сохранился первоначальный звук г: *hvarya- > *хогуа- > кора- или *hvara- > *xora- > кора-. Второй части имени xsaya-, которая у Алкмана и Геродота передана греческим -ξαϊς, а у Валерия Флакка -xes, у Лукиана соответствует -κος. Возможно, это гипокористик имени *hvarya-xšaya-, в котором от второй основы сохранился лишь первый звук, явление, хорошо известное как в греческом (например, Αντι-π-ας < Αντίπατρος), так и в иранских языках (например, Δάταμης / *Dātama- < *Dātamiθra-)32, однако не исключено и искажение при передачах в греческом языке. Такие передачи, до того, как дошли до Лукиана, очевидно, были неоднократными. Возможно, на это искажение, или скорее упрощение, повлияло и наличие колхского племени с созвучным названием Κόραξοι, которое иногда считалось скифским (Hecat. FGrHist 1 F 210; Hellanic. FGrHist 4 F 70; Aristot. Meteor. I, 13, 351a; Hesych. s.v. и др.). Все это свидетельствует о самой широкой распространенности легенд о Колаксае (имя героя могло существовать в разных формах), так что предположение о том, что они могли быть известны и киммерийцам, не должно удивлять.

Впрочем, предположение о киммерийском источнике сведений Алкмана о скифской (в широком смысле слова) духовной культуре остается не более, чем гипотезой. В любом случае ясно, однако, что к концу VII в. до н. э., а вероятно и уже в его третьей четверти, часть греков была хорошо знакома не только с иранскими кочевниками, но и с их эпическими сказаниями и легендами, причем греческие поэты могли использовать заимствованные из кочевнического фольклора образы в своих произведениях. Происходило это заимствование в результате контактов малоазийских греков с иранскими кочевниками (прежде всего киммерийцами, затем и скифами), совершавшими свои походы в Переднюю Азию.



25Gusmani 1964, 30-31; ср. Schwyzer 1953, Bd. 1, 181.

26Ср. Бонгард-Левин, Грантовский 1983, 53-91. Об обоих фрагментах Алкмана см. подробно Ivantchik 1993 а, 51-55; Ivantchik 1999, 147-148.

27Тот факт, что Алкман был уроженцем Сард, засвидетельствован прямыми указаниями источников, в том числе фрагментов самого поэта (16 Page = 8 Calame, ср. Aristot. fr. 611,9 Rose; Suda s.v. Αλκμάν и др.). Этот факт был широко известен в древности и даже служил точкой опоры для авторов, стремившихся вычислить даты его жизни: Mosshammer 1979, 223. Попытки подвергнуть сомнению эту традицию (см. например Janni 1965, 96-120) не кажутся мне убедительными.

28 Предположение, согласно которому Алкман мог заимствовать свою информацию о скифах и их соседях в поэме «Аримаспея» Аристея Проконнесского (см. например Bolton 1962, 5 ff, 40 ff; Devereux 1965, 183, n. 3 и др.), представляется мне невозможным, поскольку эта поэма на мой взгляд датируется значительно позже Алкмана. О датировке «Аримаспеи» см. Ivantchik 1993а, 35-67.

29 Ср. близкое мнение Скржинская 1987, 30-33.

30 Ivantchik 1993, 95-125; Иванчик 1996, 100-132.

31 Об этом диалекте см. Ivantchik 1999, 156-158.

32 Дальнейшие аналогии см. Mayrhofer 1973, 284-285.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Светлана Плетнева.
Половцы

Эдуард Паркер.
Татары. История возникновения великого народа

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Евгений Черненко.
Скифский доспех

Герман Алексеевич Федоров-Давыдов.
Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов
e-mail: historylib@yandex.ru
X