Реклама

Д.Е. Еремеев.   Ислам: образ жизни и стиль мышления

Предисловие

Моему учителю арабского языка Грачии Микаэловичу Габучану, который раскрыл предо мной
бескрайние горизонты арабистики


В этой книге сделана попытка посмотреть на мусульманскую религию глазами этнографа. Ведь ислам — не только вероисповедание как таковое, но и особый образ жизни и мышления. Мусульманские каноны регламентируют самые различные стороны быта, существенно влияют на особенности психологии приверженцев ислама. Этому аспекту мусульманской религии и посвящена преимущественно данная книга.

Все религии всегда старались использовать самые важные мирские дела человека. Рождение, брак, похороны... Религия непременно привязывала эти узловые точки человеческого бытия к чему-то сверхъестественному, внушая мысль о нерасторжимости линий жизни и провидения. Ислам пошел еще дальше. Не только важнейшие вехи личной жизни, но и самые мелкие бытовые моменты приковывал он к мысли о боге, о сверхъестественной силе, о неразрывной связи всего сущего, реального, земного с «небесным», потусторонним, мистическим.

Ислам формирует повседневные навыки поведения, бытовые привычки — омовение, регулярную молитву, месячный пост, отвращение к свинине и т. п. Все это становится практически условными рефлексами, входящими в плоть и кровь правоверного мусульманина.

Именно такой «бытовой» ислам наиболее устойчив. Мусульманин может легко освободиться — под влиянием образования, жизненного опыта, изменения условий социальной среды или каких-либо иных причин — от религиозного сознания, исламской идеологии, но привычки-рефлексы ему отбросить не так-то просто.

Чаще всего и «вера» мусульманина проявляется в следовании будничным предписаниям ислама, его обыденным регламентациям, в исполнении ставших привычными ритуальных действий, совершаемых механически, без малейшей религиозной экзальтации. Перед омовением, перед молитвой, перед началом поста мусульманин должен прочесть сакральную формулу «нийа». Этим ритуальное действие связывается с мыслью о боге. Всякое мирское начинание, начало мало-мальского дела тоже должно быть сопряжено с именем Аллаха. Перед работой, перед учебой, перед любым занятием, даже перед едой необходимо произнести слова другой формулы — басмаля: «Во имя Аллаха милостивого, милосердного» — «Бисмил-лахи-р-рахмани-р-рахим».

Сходным путем многие религии внедрялись в человеческое сознание, вернее, в подсознание. И у христиан была обязательной молитва перед трапезой, перед началом учения, работы, перед дальней дорогой. Даже перед сражением «христолюбивое воинство» вставало на молебен. Все это тоже вырабатывало подсознательный, но глубокий комплекс привычек, привязывало поступки верующего к мысли о боге. «Без бога ни до порога» — гласила старая русская поговорка.

Практика обращений к богу в подобных случаях распространена во многих религиях, но ислам вырабатывает у своих приверженцев привычку совершать и самые что ни на есть житейские дела непременно во имя божье. Массовыми тиражами публикуются в мусульманских странах наставления, где наряду с изложением основных догматов ислама, правил поста, описанием всех телодвижений, которые должен выполнять мусульманин при молитве, очень много места отводится детальному порядку совершения омовений, то есть нормам личной гигиены: как и после чего умываться, как мыться, как сморкаться, как полоскать рот; какой рукой — правой или левой — мыть те или иные части тела. При этом подчеркивается, что во время омовений необходимо повторять слова основной священной формулы ислама — шахады: «Нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммад — посланник Аллаха» — «Ля иляха илль Аллаху ва Мухаммадун расу-Лю-л-лахи»... Так вместе с бытовыми навыками усваивается главный догмат мусульманской веры, обыденнейшие вещи связываются с именем Аллаха и пророком Мухаммадом1.

Знать образ жизни и мышления мусульманина исключительно важно для практических работников нашей страны, которым приходится жить и работать в мусульманских государствах либо так или иначе встречаться с их представителями. А такие контакты становятся все более частыми, широкими и глубокими по мере развития наших взаимоотношений — экономических, культурных, научных — со странами Востока, где и сосредоточены основные массы верующих мусульман. Необходимы эти знания и для советских туристов, посещающих страны Азии и Африки.

Знание того, как и почему возникли и сложились те или иные мусульманские обычаи, обряды, праздники, особенности поведения и психологии мусульманина, укрепляет научные основы уважительного взаимоотношения людей, независимо от их вероисповедной принадлежности или отсутствия религиозной веры. Ибо то, что стало понятным, объяснимым, уже не вызывает удивления, недоумения или тем более осуждения и насмешки. Нельзя быть безразличным к тому, что на мусульманском Востоке существует особый кодекс приличий: считается, например, оскорбительным подавать что-либо или делать жесты левой рукой, справляться о здоровье жены, передавать ей привет или тем более делать подарки. Есть и свой этикет принятия пищи. Обо всем этом подробно рассказано в книге, предлагаемой вниманию читателя.

Этнографический подход проливает дополнительный свет и на вопросы, связанные с положением мусульманки в семье и обществе, с брачными отношениями, которые во многих мусульманских странах до сих пор регулируются шариатом — сводом мусульманских норм права и этики.

В начальных главах книги освещены исторические условия возникновения ислама, без чего было бы непонятно дальнейшее изложение этнографических и социопсихологических особенностей этой религии. Причем происхождение, социальные и идеологические корни, распространение и современное состояние ислама рассматриваются опять-таки с позиций этнографической науки. Под таким углом зрения выявляется огромная роль в становлении ислама патриархальных, родоплеменных традиций, свойственных прежде всего кочевникам, что было характерно для общества арабов Аравии VI—VII веков, а также других народов раннего средневековья, исламизированных после арабских завоеваний.

Анализ Корана, священного писания ислама, в свете этнографии воссоздает картину хозяйства скотоводов и земледельцев Аравии накануне и во время проповедей Мухаммада, основателя вероучения, пестроту их общественных укладов — от патриархального и рабовладельческого до зарождавшегося феодального, их доисламские религиозные культы, языковое и культурное влияние на аравийцев соседних народов. Этнографический метод анализа канонов шариата дает возможность наглядно показать их преемственность с установлениями обычного права арабов и других народов, принявших ислам.

Историко-этнографический анализ происхождения исламских обычаев и традиций дает также научную основу для понимания и объяснения всего комплекса мусульманского образа жизни и стиля мышления. Исторический анализ причин появления в исламе, например, элементов эгалитаризма, социальной уравнительности, совсем не дает каких-либо оснований для различных идей современного «исламского социализма».

В последней главе книги отмечено воздействие ряда исламских канонов, особенностей мышления мусульманина на замедленную эволюцию феодализма, запоздалое возникновение капиталистических отношений многих стран Азии и Африки, отставание науки, техники и культуры в этих странах. А это в свою очередь явилось в Новое время, особенно в XIX веке, одной из причин отсталости мусульманского Востока от передовых рубежей мирового общественного прогресса, стало предпосылкой закабаления многих афразийских стран державами Запада. Такой вывод, вытекающий из изучения исторических фактов, показывает несостоятельность утверждений об «извечной прогрессивности ислама».



1 В классическом арабском произношении имя пророка звучит как Мухаммад, хотя в советской популярной литературе употребляется вариант Мухаммед, а ранее — Магомет. Автор придерживается классической формы.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

М. С. Беленький.
Что такое Талмуд

Я. В. Минкявичюс.
Католицизм и нация

Л. Ануфриев.
Религия и жизнь: вчера и сегодня

Л.И. Емелях.
Происхождение христианских таинств

Джон Аллен.
Opus Dei
e-mail: historylib@yandex.ru
X