Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Дэвид Кортен.   Когда корпорации правят миром

1. От надежды к кризису

Тe, кто прославляет технологию, говорит, что о
принесла нам повышение уровня жизни, имея в виду
большую скорость, больший выбор, больше свободно
времени и больше роскоши. Ни одно из этих, благ ничего
не говорит об удовлетворенности человека, счастье,
безопасности или способности сохранять жизнь на Земле.
Джерри Мандер
[1]


Вторая половина XX века была, возможно, самым удивительным период во всей истории человечества. Наука разгадала бесконечно много секретов материи, пространства и жизни. Мы практически заполонили всю планету собой, своей технологией и сложной организацией. Мы отправились за пределы нашего мира, на Луну, и долетели до звезд. Каких-нибудь пятьдесят лет назад,в течение жизни моего поколения, многое из того, что мы сегодня принимаем как само собой разумеющееся, как предметы, необходимые для хорошей, обеспеченной жизни, было недоступно или вовсе не существовало. Сюда входя реактивный самолет и трансконтинентальные воздушные путешествия, компьютеры, микроволновые печи, электрические пишущие машинки, фотокопировальные аппараты, телевидение, сушилки, кондиционирование воздуха, скоростные автомагистрали, огромные торговые центры, факсимильные аппараты, противозачаточные таблетки, искусственные органы, комфортабельны жилые микрорайоны в пригородах и химические пестициды — вот лишь небольшая часть списка. В течение этого же самого времени появились первые важные институты глобального управления: Организация Объединенных Наций. Международный валютный фонд, Всемирный банк и Генеральное соглашение о тарифах и торговле (ГАТТ). Западная Европа превратилась из континента, где сталкивались интересы враждующих между собой государств, в мирный и процветающий политический и экономический союз. Конфликт сверх держав, конфликт между Востоком и Западом с его мрачным призраком ядерного апокалипсиса теперь кажется далекой историей, а на его место пришли деловые соглашения, финансовая помощь, а также научный и культурный обмен. Демократическое правление распространилось по всему миру и пришли страны с авторитарным управлением. Мы победили многие из ранее неизлечимых заболеваний, такие как оспа и полиомиелит, увеличили продолжительности жизни в развивающихся странах за последние тридцать лет более чем на греть сократили более чем наполовину смертность детей в возрасте до пяти лет |2|.

Одной из самых серьезных задач второй половины нынешнего столетия был экономический рост и расширение торговли, и нам удалось достичь невероятного успеха в том и в другом. Объем производства в мире вырос с 3,8 трлн. долл в 1950 до 18,9 трлн. в 1992 году (в долларах 1987 года) — почти пятикратный рост. Это означает, что в среднем в течение каждого из четырех последних десятилетий мы добавляли к валовому выпуску больше, чем с момента, когда первый пещерный человек смастерил первый каменный топор, до середины нынешнего столетия. В течение того же периода мировой торговый оборот увеличился с 308 млрд долл. до 3,554 млрд. (в долларах 1990 года) — увеличение в 11,5 раза, или более чем в два раза быстрее, чем рост экономического производства. Более миллиарда людей ныне живут в условиях изобилия.

Это лишь немногие из удивительных достижений второй половины столетия. Мы подошли к такому периоду истории, когда кажется, что у нас действительно есть знание, технология и организационные возможности осуществить самые дерзкие цели, включая искоренение бедности, войн и болезней. Он должен стать временем надежд на новое тысячелетие, когда люди окончательно избавятся от забот о хлебе насущном и безопасности и устремятся к новым горизонтам в сфере общественной, научной и духовной жизни.

ТРИ АСПЕКТА КРИЗИСА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА



Лидеры и институты, сулившие нам золотой век, не сдерживают своих обещаний. Они забрасывают нас предсказаниями о новых удивительных технологических устройствах, таких как самолетные кресла с индивидуальными телевизорами, и о информационной супермагистрали, которая позволит нам отправлять сообщения по факсу, пока мы принимаем солнечные ванны на пляже. Однако то, что нам нужно больше всего, — надежный источник существования, достойное место проживания, здоровая и ничем не зараженная пища, хорошее образование и медицина для наших детей, чистая и здоровая среда обитания, — кажется, становится все более недоступным для большинства людей.

Все меньше людей верят в то, что их экономическое будущее надежно обеспечено. Семейные связи и контакты с нашими ближайшими соседями, которые давали нам ощущение безопасности распадаются. Природная среда, благодаря которой мы удовлетворяем наши насущные потребности, испытываете возрастающее давление. У нас остается все меньше доверия к нашим основным институтам, а мыслящие люди во всем мире чувствует глубокое и все растущее подозрение, что с миром творится что-то очень неладное. И подобное положение дел складывается в каждом уголке мира, указывая на глобальный крах наших институтов.

Даже в самых богатых странах высокий уровень безработицы, сокращение штатов в корпорациях, снижение реальной заработной платы, большая зависимость от временных работ и работ по совместительству безо всяких льгот и ослабление профсоюзов создают растущее чувство экономической уязвимости и приводят к сокращению среднего класса. Те. кто сохраняет работу, работают больше рабочих часов, имея в го же время несколько работ по совместительству и реально получая за это меньше денег. У многих молодых людей, особенно среди национальных меньшинств, остается мало надежды когда-нибудь найти работу, которая может обеспечить их основные жизненные потребности, не говоря уже о финансовой обеспеченности. Высокие ученые степени и профессиональные навыки тех, кто потерял работу, — а вместе с ней источник дохода и уверенности будущем — отнюдь не служат подтверждением той мысли, что безработицу можно ликвидировать, улучшив систему образования и профессиональной подготовки. Как в богатых, так и в бедных странах по мере усиления конкурентной бор: за природные ресурсы, жизненное пространство и места для сбрасывания отходов, те кто жил за счет мелких фермерских хозяйств, рыбной ловли и других видов деятельности, основанных на ресурсах, теперь видят, как эти ресурсы в угоду меньшинству экспроприируют, а их самих бросают на произвол судьбы. Люди неимущие беспомощно наблюдают за тем, как место их проживания превращается в свалку или промышленную зону с дымным производством.

Мелкие собственники — фермеры и ремесленники, — некогда составлявшие основу небогатых, но устойчивых поселений, теперь вынуждены сниматься с насиженных мест, превращаясь в безземельных бродячих батраков, оторванных от семьи и родного угла. Сотни тысяч маленьких детей, у многих и которых нет родителей, добывают себе пропитание попрошайничеством, воровством, копанием в помойных бачках, продажей своего тела и случайно мелкой работой на улицах больших городов Азии, Африки и Латинской Америки. Согласно подсчетам, только в Таиланде, Шри-Ланке и на Филиппинах 500 000 детей занимаются проституцией [3]. Все чаще миллионы людей оставляют свои дома и семьи в поисках возможностей и средств к существованию. Вдобавок к 25—30 млн. людей, работающих за пределами своей страны как законные эмигранты, согласно оценкам, имеется еще 20-40 млн. незаконных рабочих-эмигрантов — беженцев, не имеющих законных прав, а фактически и элементарных бытовых условий. Некоторые из них, особенно женщины, содержатся под стражей и подвергаются чудовищным сексуальным, физическим надругательствам и психологическим издевательствам [4].

Мир все более разделяется на тех, кто купается в умопомрачительной роскоши, и тех, кто живет в унизительной нищете, рабстве, не имея уверенности в будущем. В то время как главные управляющие корпораций, инвестиционные банков, финансовые спекулянты, спортсмены и знаменитости получают многомиллионные доходы, приблизительно 1 млрд. жителей Земли отчаянно пытается выжить, имея на пропитание менее 1 доллара на день. Для того чтобы увидеть это, вовсе не нужно ездить в Африку. Я наблюдаю это каждый день в одной квартале от дома, где я живу, в центре Нью-Йорка. Длинные сияющие лимузины с вышколенными шоферами и встроенными барами и телевизорами высаживают пассажиров с элегантными прическами у модных, дорогих ресторанов, а рядом на обочине кутаются в тоненькие одеяла нищие, пытаясь согреться.

Доказательства социальной напряженности в результате такого положения дел видны повсеместно: в растущем уровне преступности, росте потребления наркотиков, увеличении числа разводов, самоубийств среди детей, в росте бандитизма; растущем числе политических, экономических и экологических беженцев; даже в изменяющейся природе организованных вооруженных конфликтов. Количество особо тяжких преступлений растете ужасающей скоростью во всем мире [5].

Почти недостижимая мечта миллионов юных американцев — просто жить в стабильной семье и дожить до взрослого возраста. Более половины всех детей в Соединенных Штатах вырастают в неполных семьях [6]. В среднем каждый день 100 000 американских школьников приносят в школу огнестрельное оружие, и 40 школьников получают огнестрельные ранения или погибают. Редко в каком городе или даже небольшом городке люди не опасаются за себя за свое имущество. Личные телохранители и системы безопасности — один из крупных и быстро растущих бизнесов во всем мире.

Согласно исследованиям, более трети замужних женщин в развивающих странах подвергаются побоям. Одна из каждых 2000 женщин в мире становится жертвой изнасилования. Каждый год до 9000 женщин в Индии погибают в результате конфликтов, связанных с приданым невесты [7].

В эпоху «мира», начавшуюся в 1945 году после окончания Второй мировой войны, более 20 млн. людей погибли в вооруженных конфликтах. Только три из восьмидесяти двух вооруженных конфликтов в период с 1989 по 1992 год были между странами. В остальных конфликтах воюющие убивали своих соотечественников. Девяносто процентов жертв войны в начале нынешнего столетия были военные. В конце этого же столетия 90% жертв составляло гражданское население [8].

Увеличение числа внутренних конфликтов является основной причиной вызывающего тревогу количества беженцев в мире. В 1960 году, по данным ООН, в мире насчитывалось 1,4 млн. беженцев. К 1992 году эта цифра выросла до 18,2 млн. Вдобавок, согласно оценкам, еще 24 млн. перемешенных лиц находятся в пределах своих стран [9].

Что касается окружающей среды, то, хотя в отдельных местах были достигнуты значительные успехи в уменьшении загрязнения воздуха и очистке рек от загрязнений, общий экологический кризис расширяется. Постоянно висящую над нами угрозу ядерной войны заменило постоянно возрастающее воздействие потенциально опасного ультрафиолетового излучения, по мере того как защитный озоновый слой становится все тоньше. Молодое поколение растет, не ведая о том, ждет ли их или нет участь экологических беженцев в результате изменения климата, которое угрожает растопить шапки полярного льда, затопить обширные прибрежные зоны и превратить плодородные сельскохозяйственные угодья в пустыни.

Даже при нынешней численности населения почти миллиард жителей планеты каждый вечер ложатся спать голодными. И в то же время почвы, от которых зависит само наше существование, истощаются быстрее, чем природа может восстановить их плодородие, а некогда обильные рыбные районы оскудевают в результате интенсивного лова. Во многих местах стала ощущаться нехватка воды, и не только в результате временных засух, но также по причине падения уровня грунтовых вод и водозабора из рек в размерах, превышающих их способность к восполнению воды. Мы слышим о населенных районах, погибающих из-за истощения лесных и рыбных запасов, и о людях, таких как мы сами, которые узнают, что они и их дети постоянно получают отравление из-за химического и радиоактивного заражения пищу, которую едят, воды, которую пьют, и земли, по которой они ходят.

Пока мы ждем, что какое-нибудь новое технологическое чудо расширит эти очевидные пределы продолжающейся экономической экспансии, каждый год население планеты увеличивается на 88 млн. жителей. Каждый новый житель Земли претендует на гарантированную и справедливую долю уменьшающегося богатства планеты. В 1950 году, когда я переходил в старший класс, население мира составляло 2,5 млрд. человек. С тех пор оно более чем удвоилось, достигнув 5,5 млрд. и, согласно оценкам ООН, должно снова удвоиться за следующие 35 лет. Следует помнить, что демографы делают расчеты предполагаемого роста населения на основе математических моделей, исходя лишь изданных роста рождаемости. Он не принимают в расчет несущей способности планеты. Принимая во внимания экологическую и социальную напряженность, обусловленную нынешней численностью населения, вполне возможно, что если только мы не сократим добровольно нашу численность, за нас это сделают голод, болезни и социальные потрясения задолго до следующего удвоения.

Вместе взятые, эти проявления слабости общественных человеческих институтов составляют трехсторонний человеческий кризис углубляющейся нищеты социального распада и разрушения природной среды. Большинство составляющих этого кризиса имеют одну важную общую черту: для их решения требуются действия на местах — от дома к дому и от населенного пункта к населенному пункту. А эти действия возможны лишь в том случае, когда местные ресурсы находятся в руках местных жителей. Наиболее насущные и нерешенные проблемы жителей Земли — это обеспеченность продовольствием, нормальные жилищные условия, одежда, здравоохранение и образование, отсутствие которых означает истинные лишения. За редким исключением основные ресурсы и возможность удовлетворить эти потребности уже найдены почти во всех странах — если бы только люди, управляющие ресурсами, захотели считать удовлетворение этих основные потребностей своей главной задачей. Для местных жителей совершенно естественно ставить эти потребности во главу угла. Однако, если ресурсами управляют издалека, то, как правило,верх берут совсем другие приоритеты.

К сожалению, в современном мире последнее слово редко принадлежит местным жителям. Решения чаще принимают или чиновники центральной правительства, или корпорации из своих дальних офисов — и те и другие не имеют ни возможности, ни желания решать местные проблемы. Это создает кризис доверия к нашим основным институтам.

ПОТЕРЯ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОЙ ЗАКОННОСТИ



Опросы общественного мнения показывают растущее чувство личной неуверенности и потерю во всем мире доверия к основным институтам. Это отношение общества особенно показательно в Соединенных Штатах, стране, которая для многих людей во всем мире является эталоном процветания, демократии и потребления товаров высокой технологии. Здесь опросы говорят о том, что подавляющее большинство американцев мечтает не о быстрых спортивных машинах модной одежде, деликатесах, телевизорах с огромным экраном и загородных виллах, как хотят нас убедить средства массовой информации. Они мечтают скорее о достойной и спокойной жизни [10], которую американские институты не обеспечивают. В наше время американцы больше всего боятся потерять работу [11]. Сегодня лишь 51% работающих не в сфере управления заявили, что чувствуют уверенность в сохранении работы, а не 75%, как десять лет назад. Подобное снижения чувства уверенности в сохранении работы мы наблюдаем и у работников управленческого аппарата [12]. Пятьдесят пять процентов взрослого населения США больше не верят в возможность добиться лучшей жизни для себя и своей семьи усердной работой и игрой по правилам [13].

Согласно ежегодному опросу общественного мнения социологической организации Луиса Харриса, индекс доверия к руководителям двенадцати главных институтов США упал со 100 в 1966 году до 39 в 1994-м. В самом низу списка оказались Конгресс США (8% анкетируемых выразили большое доверие), исполнительная ветвь правительства (12%), пресса (13%) и крупнейшие компании (19%). Вместе с тем «индекс отчужденности» — который свидетельствует о чувстве экономического неравенства, презрении к власть имущим и бессилии - вырос с низкого уровня в 29% в 1969 году до 65% в 1993 году. Отчет Института Кеттеринга уловил настроение американских избирателей: «Американцы... считают, что нынешняя политическая система совсем не прислушивается к голосу общественности. что ей управляет класс профессиональных политиков, ее контролируют не голоса избирателей, а деньги» [14]. Международные опросы, проводимые в других промышленно развитых странах, показывают сходные результаты [15].

Доверие к нашим главным институтам и их лидерам упалотак низко, что ставит под сомнение само их право представлять общественные интересы — и вполне обоснованно. На пороге обещанного ими золотого векаэтц институты работают лишь для небольшой кучки счастливчиков. Что касается остальных, они катастрофически неспособны выполнить обещания, которые не когда казались нам вполне реальны.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Виктор Спаров, Глеб Благовещенский.
Тайные общества, правящие миром

под ред. А. Черинотти.
Розенкрейцеры: из молчания – свет

Анатолий Максимов.
Никола Тесла и загадка Тунгусского метеорита

Дуглас Смит.
Работа над диким камнем: Масонский орден и русское общество в XVIII веке.

Борис Башилов.
Масоны и заговор декабристов
e-mail: historylib@yandex.ru
X