Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Галина Белова.   Египтяне в Нубии

2. Фараоны и египетские чиновники в Нубии

Во времена Раннего и Древнего царств египетские фараоны, как правило, сами возглавляли походы против своих южных соседей. Непосредственное участие египетских правителей в таких походах в большей степени характерно, очевидно, для фараонов первых династий, власть которых еще недостаточно окрепла. Фараонам-объединителям, выходцам из Верхнего Египта, приходилось с оружием в руках отстаивать свое верховенство, борясь за гегемонию в Египте, и искать экономический источник для осуществления своих притязаний. И здесь, как нельзя кстати, им на руку играло соседство с богатой людскими ресурсами, скотом и сырьем Нубией. Этим, очевидно, можно объяснить победу Верхнего Египта над Нижним в борьбе за объединенную красно-белую корону.

Необнаружение в Нубии надписей верховных сановников Египта12) (t3tjw) периода Древнего царства объясняется, очевидно, тем, что во время походов фараонов туда эти сановники оставались в Египте. А вот для периода Среднего царства надписи этих сановников в Нубии встречаются.

Во времена IV—V династий из Нижней Нубии стали интенсивно вывозить различное сырье. Египтяне разрабатывали диоритовые каменоломни в районе Тошки (Engelbach, 1933, с. 66). В Бухене были обнаружены следы медеплавильных мастерских (Emery, 1963, с. 116-117).

Однако следует напомнить, что в это время в Нижней Нубии не было автохтонного населения. Вместе с тем Бухен [9] был укрепленным поселением, возведение мощных стен свидетельствовало о возможности нападения. Значит, набеги совершались либо из более южных областей, либо из районов пустынь.

Доставку сырья из Нубии следовало организовать и обеспечить. Поскольку египетская знать стремилась удержать столь богатый источник сырья, Нубия требовала постоянного внимания со стороны египетской администрации.

Естественно, все чаще на некоторых египетских чиновников возлагались поручения, требовавшие их присутствия за южной египетской границей. Связи Египта, например, с укрепленным поселением в Бухене были весьма прочными: 95 % всей найденной керамики IV—V династий было египетской. На обнаруженном здесь остраконе сохранилось имя фараона V династии Нефериркара, а на глиняных печатях для закупорки сосудов — имена многих фараонов Древнего царства, обрывки папирусов также были египетского изготовления (Emery, 1963, с. 116-117, 120). Поэтому доставка сырья должна была находиться в ведении специально назначенных чиновников.

Судя по титулатуре и некоторым фразам надписи чиновника Кара, жившего во времена VI династии, можно предположить о его участии в выполнении каких-то поручений в Нубии. Захороненный в Эдфу, "друг единственный, хранящий в тайне все, сказанное тайно, принесенное от врат Элефантины" (Urk. I, 253), аттестует себя в автобиографии и "хранителем тайн всего, о чем говорится (и что) поступает от врат, связывающих чужеземные страны, (а также) из стран южных" (Urk. I, 254).

О зарождении отношений дипломатического характера между Египтом и нубийскими землями уже в эпоху Древнего царства свидетельствуют и некоторые письменные источники.

Известно, что Сабни доставил из Вавата в Египет тело своего умершего отца, который, возможно, был посланцем в Вавате и Учече. Мехуи, правитель, казначей царя Нижнего Египта, друг единственный, жрец ḫrj-ḥb (Urk. I, 137-138), умер (был убит?) в нубийских землях. Поскольку он находился на царской службе, все необходимое для обряда погребения выдавалось из дворца. Неспроста, очевидно, Сабни, загружая ослов подарками властителям Нубии, необходимыми для получения разрешения забрать тело отца, подчеркивал, что все вещи его собственные, а не фараона; видимо, выкуп тела тоже должен был взять на себя двор, вознаграждая, таким образом, Мехуи за службу посмертно. Затраты, сделанные Сабни, должны были бы быть возмещены позже: "Будет сделана для тебя любая прекрасная вещь как вознаграждение за этот благородный поступок, сделанный тобой, — принесение отца твоего" (Urk. I, 138).

В 60-х годах была обнаружена новая надпись Мехуи и его сына Сабни, подтверждающая предположение о существовании контактов между Египтом и соседними южными странами. Среди прочих титулов Мехуи сохранился "начальник [10] [чужеземных стран] владыки своего в Иаме, Ирчет и Вавате", он — "тот, кто сеет страх перед Хором в [чужеземных странах южных] (Edel, 1971а, рис. 3). Надпись обнаружена в районе Тумаса, в Вавате, там, где находился (возможно, длительное время) Мехуи, выполняя вместе со своим сыном какую-то миссию. Еще один титул чиновника — "хранящий в тайне все сообщения, (поступающие из) врат Элефантины (?)" — показывает, что переговоры с нубийскими вождями велись тайно, в тайне хранились и документы, если таковые принимались.

Мехуи не был первым посланцем. Окончил свою жизнь на чужбине и другой чиновник Египта — Меруи, о чем свидетельствует надпись Сабни, в которой упоминается, что выдачи для отца последнего были аналогичны "выданному вельможе Меруи" (Urk. I, 138). С различными поручениями неоднократно посылался в Иам Хуефхор.

Нубии уделялось все больше внимания. И если с V династии должность "начальника Верхнего Египта" (imj-r Šmcw) занимали чиновники высшего административного управления (Kees, 1932, с. 86) или египетские номархи (так, "начальником Верхнего Египта" был, например, номарх XII верхнеегипетской области Иби, современник Пепи I (Urk. I, 142)), то с конца VI династии на эту должность часто назначались правители Элефантины.13) Причиной этому была не только возросшая роль номовой знати в этот период, но и то, что Элефантина — крупный укрепленный центр14) — являлась удобным опорным пунктом для экспансии на юг. Связь Элефантины с южными областями поддерживалась не только по Нилу, труднопроходимые пороги которого в засушливое время делали его вовсе не судоходным, отсюда вел на юг и сухопутный путь — "путь Элефантины", который существовал, вероятно, до VI династии (Urk. I, 125).

Уна и Хунес, отметившие свое прибытие в Вади-Аллаки короткими надписями, добирались сюда скорее всего караванными путями (Пиотровский, 1966, с. 80-81).

Еще А. Гардинер подчеркивал, правда для Среднего царства (см. ниже), что Элефантина расценивалась египтянами как практически самостоятельная территория. Была ли она центром нома Та-Сети (I верхнеегипетский ном), как считают некоторые исследователи (см., например, Steindorff, 1909, с. 870), не доказано (Gomaà, 1980, с. 9-10). Косвенно на участие градоначальников Элефантины в управлении южной частью Верхнего Египта (Tp-rsj)15) указывает титул Хуефхора "хранящий в тайне все сказанное относительно дел Главы юга" (ḥrj-sšt3 n3 ddwt nbwt Tp-rsj) (Urk. I, 123).

Областью, на которую распространялась в период Древнего царства власть "начальника Верхнего Египта" — часто правителя Элефантины, — была область, простиравшаяся от Элефантины до XXII верхнеегипетского нома (Urk. I, 105). Однако обязанности "начальника Верхнего Египта", очевидно, выходили уже за эти территориальные рамки, и чиновники, носившие этот титул, занимались деятельностью [11] различного рода и в Нубии (см. ниже). Правители Элефантины имели в это время уже довольно устоявшуюся титулатуру.16)

Попытка установить круг обязанностей определенных должностных лиц в это время обречена на неудачу, поскольку четкого разграничения их функций еще не существовало. Скорее не назначение на должность определяло сферу деятельности чиновников, а необходимость выполнения многочисленных поручений влекла за собой закрепление в соответствующих должностях. Отсюда и список титулов, связанных с той или иной должностью, был весьма велик, поскольку отдельные должности не получили еще функциональной очертанности.

В отношении обязанностей определенных чиновников можно констатировать лишь следующее. "Начальники Верхнего Египта", вероятно, не только отвечали за сбор налогов с жителей Верхнего Египта (Urk. I, 106), но и по крайней мере организовывали доставку из Нубии всего захваченного или приобретенного в результате торговых операций. Правители Элефантины Уна и Хуефхор, занимавшие указанную должность, совершив серию удачных экспедиций, умилостивили своего господина подношениями всех стран (Urk. I, 123).

В эпоху Древнего царства захват рабов в чужеземных странах приобретает для Египта большое значение. Выполнение этой задачи ложилось на правителей Элефантины и "начальников Верхнего Египта". Так, правитель Элефантины Пепинахт привел из Нубии большое число пленных, среди которых находились и дети вождей (msw ḥḳ3w) (Urk. I, 134).

Египетское государство было заинтересовано в вывозе из Нубии строительного материала, в основном камня, а также скота (Urk. I, 134). "Начальники Верхнего Египта" успешно справлялись и с этой задачей (Urk. I, 107).

Они же должны были, очевидно, следить за хорошим состоянием водных путей, связывавших Египет с Нубией. С этой целью, например, вельможа Уна прорыл пять каналов в области первого порога (Urk. I, 108). В обязанность правителям Элефантины вменялся и надзор за укреплениями по южной египетской границе — "вратами Элефантины".

В отличие от правителей Элефантины и "начальников Верхнего Египта", которые хотя и выполняли отдельные поручения в Нубии, но были обременены управлением Верхним Египтом и собственно Элефантиной, основной обязанностью посылаемых в Нубию по приказу фараонов "начальников военных отрядов" (imjw-r mšc) и руководителей отрядов наемников (imjw-r c3w) было исполнение воли фараона на этой территории (подробнее см. ниже).

Походы и экспедиции в Нубию совершали также "казначеи царя Нижнего Египта" (sd3wtj-bitj) и "казначеи бога" (sd3wtj-ntr). Имеет смысл рассматривать названные должности в сравнении, что диктуется и аналогией в написании титулов, и сходством выполняемых чиновниками обязанностей. [12] Источники, из которых мы получаем сведения о деятельности "казначеев" в эпоху Древнего царства, весьма ограниченны. Как следует из надписи вельможи Уны, "казначеи царя Нижнего Египта" в мирное время входили в состав номовой администрации Египта (Urk. I, 102). О характере их деятельности в этом качестве ничего не сообщается, однако содержание титула, вытекающее из его перевода, наталкивает на мысль об ответственности чиновников за сбор налогов с подвластной им территории, а сама форма написания титула — на принадлежность чиновников к штату казны фараона, поэтому логично предположить, что именно на их плечи ложилась задача обеспечения поступлений в царскую казну. В военное время, возглавляя отряды ополчения, "казначеи царя Нижнего Египта", очевидно, отвечали и за сохранность захваченной в походах добычи.

Традиционный перевод титула sd3wtj-nlr — "казначей бога" ("казначей божий") (Kees, 1961, с. 315; Берлев, 1972, с. 225) либо "носитель печати бога". "Представитель царя" — еще один из возможных вариантов передачи титула, по мнению Р.Фолкнера (Faulkner, 1962, с. 258).

Еще в конце 30-х годов А. Фахри предложил совсем необычное понимание содержания титула — "кормчий ладьи". Основой для этого послужила надпись некоего Инекефа, побывавшего в южных странах, а толчком — расширенная форма передачи титула: "казначей бога в двух великих ладьях", встречающаяся в названной и нескольких других надписях (Fakhry, 1938, ил. 2, с. 40-41; Fischer, 1959, ил. 25). Подразумевая под фразой "в двух великих ладьях" священные ладьи солнечного божества, а это позволило рассматривать ее как эпитет, относимый к определенному божеству либо к фараону (в титуле к слову ntr), ученый приписал эту связь традиции (Fakhry, 1938, с. 38).

Предложенный А. Фахри перевод, на наш взгляд, неверно раскрывает содержание титула. Вспомним отрывок из надписи Уны, в котором говорится о его желании доставить саркофаг, предназначенный ему, из известняковых каменоломен Раау. Уна обратился за поддержкой к фараону, который в ответ на его просьбу послал в каменоломни "казначея бога" на грузовом судне и дал ему в помощь команду (tst). Строчку tst nt wḥc(?) cpr ḫrj-c.f А. Фахри переводил как "команда судна под его началом" (Urk. I, 99),17) таким образом не придавая термину cpr самостоятельного значения. Однако наличие детерминатива А 1 (по А. Гардинеру) при слове cpr показывает, что речь идет о кормчем (см. Wb. I, 181). Следовательно, здесь более уместен перевод: "команда судна, кормчий — подручный его (т.е. казначея бога)".

Тогда главная смысловая нагрузка титула "казначей бога" заключается не в том, что он был кормчим (таковой имеется), а в том, что он отвечал за доставку и сохранность определенного груза. Эту же задачу выполняли "казначеи бога", судя и по другим надписям.18)

Что же касается расширенной формы титула, то вряд ли [13] она была лишь традиционной. В период IV—VI династий царская власть достигла могущества, и фараоны объявили себя "сыновьями Ра". "Заклинания говорили о посмертном плавании фараона в солнечной ладье, в которой, по верованиям египтян, бог Ра совершал свой ежедневный путь по небу" (Всемирная история, 1955, с. 181). Должность "казначей бога" была сопряжена с разъездами и экспедициями. Надписи "казначеев бога" чаще всего встречаются в каменоломнях; блоки, добытые в них и доставленные "казначеями бога" по назначению, использовались для постройки гробниц фараонов и храмов.19) Таким образом, чиновники, носившие титул "казначей бога", обеспечивали необходимым (прежде всего камнем) культовые постройки, связанные с именем фараона или живущего — сын Ра, или умершего — суть Ра. Этим и следует объяснить полную форму написания титула "казначей бога, (находящийся) в двух великих ладьях". В любом случае это был посланец фараона-бога.

Точных дат походов египтян в Нубию даже во время VI династии, к сожалению, не сохранилось.20) Один из пассажей надписи Хуефхора о совершенном им походе: "Величество Меренра, мой господин, послал меня, вместе с моим отцом, другом единственным, жрецом хери-хеб Ири в Иам разведать (wbl) путь в эту страну. Сделал я это за семь месяцев. Доставил я из нее всякие прекрасные дары" (Urk. I, 124) — показывает, что экспедиции подобного рода имели место и до Хуефхора; так, его отец, ранее входивший в состав, а скорее возглавлявший разведывательный отряд, теперь передавал свои полномочия сыну, знакомя его с дорогой в Нам и связанной с походом службой.21) Г.Е. Кадиш делает попытку отождествить отца Хуефхора с чиновником, оставившим граффито у Тумаса (Weigall, 1907, ил. 58, с. 12) и носившим такое же имя (Kadisch, 1966, с. 23). Насколько правомочна эта попытка, трудно судить: как отмечал сам автор, титул "начальник отрядов чужеземцев" имелся у чиновника Ири, судя по надписи у Тумаса, но у Ири, отца Хуефхора, он отсутствовал, хотя возможно, что в последнем случае этот титул был просто опущен.

Не лишена, очевидно, смысла попытка отождествления отца Хуефхора с адресатом письма начальника войска Мерранехета. Отметим, что Сабни, хорошо известный по другим надписям, чиновник VI династии, был современником Ири, тогда шаткое подтверждение предположения Г.Е. Кадиша можно найти в имени Сабни, сохранившемся в надписи у Тумаса.


12) Верховный сановник, как заметил Ю.Я. Перепелкин, вообще оставался в стороне от военного ведомства в эпоху Древнего царства. Возможно, это вызывалось нежеланием фараона "сосредоточивать слишком большую власть в руках своего первого слуги" (Всемирная история, 1955, с. 173).

13) Если в эпоху Древнего царства "начальником Верхнего Египта" был египетский номарх (Kees, 1932, с. 95), то выполнение им обязанностей в отношении Нубии определялось еще и должностью "начальника врат южной Элефантины (7)" (imj-r c3 3bw rsj). Подобное совмещение должностей встречается у "начальника Верхнего Египта" Чаути. Безусловно, такое совмещение — попытка включить в сферу полномочий "начальника Верхнего Египта" контроль над северонубийскими землями:

A. "Начальник Верхнего Египта, радующий (mh-ib) сердце господина своего, начальник врат южной Элефантины (?), покойный при Анубисе, (который) на горе своей, владыке некрополя, Чаути".

B. "Хатиа, начальник Верхнего Египта, казначей царя Нижнего Египта, жрец ḫrj-ḥb Чаути. Староста (ḥḳ3 hwt), друг единственный, истинный, главенствующий (ḥr tp c3; см. Wb. III, 140) над царским озером, радующий сердце, начальник врат южной Элефантины (?) Чаути".

C. "Радующий сердце царя, начальник врат южной Элефантины (?)".

Д. "Хранитель тайн, (что от) врат Элефантины Ча...". Надпись номарха VII верхнеегипетской области Чаути в гробнице в Каср-эс-Сайад (Urk. I, 257).

14) Укрепление в Элефантине существовало, возможно, уже с III династии: на гранитном блоке, который, как предполагал Л. Борхардт, лежал в основании этого укрепления, был обнаружен картуш фараона Ху (Borchardt, 1923, с. 41; чтение имени фараона см. Borchardt, 1910, с. 12-13). Однако в ходе раскопок 1972 г., проводимых Немецким археологическим институтом (Каир) совместно с Швейцарским египтологическим институтом (Каир), никаких остатков древнего укрепления в Элефантине не было обнаружено, хотя был найден ряд предметов, указывавших на существование здесь святилища периода Древнего царства; в частности наос времени VI династии, блоки, датируемые IV династией, и т. д. (Raiser, 1974, с. 68).

В надписях Древнего царства мы сталкиваемся с несколькими вариантами написания термина, означавшего укрепление на южной египетской границе: c3 r3 šmc (Davies, 1902, II, с. 2, ил. 10), r3 c3 3bw (Urk. I, 257), r3 c3 3bw rsj (там же). Термин переводится по-разному (см. Wb. I, 164). Т. Севе-Сёдерберг вслед за Г. Кеесом в одном случае переводит его как "узкие южные ворота", читая знак V 32 как g3w — "узкий" (см. Kees, 1934, с. 84-86; Säve-Söderbergh, 1941, с. 12; Wb. V, 151).

Ж. Познер предлагал понимать под "вратами", "дверьми" термин эпохи Древнего царства, возрожденный в саисское время, "таможню" (см. Posener, 1947; см. также Эдаков, 1984, с. 61-62). Эти ведомства, призванные регулировать торговлю египтян с иноземцами, приток чужеземцев в Египет, движение по реке и ее рукавам и каналам иноземных судов, были созданы к XXVI династии. Во главе их стояли "хранители врат"; известно несколько вариантов последнего титула. Возможно, в таком же качестве функционировали "врата" и в эпоху Древнего царства.

Поскольку эти топонимы являются взаимозаменяемыми либо в надписях одного и того же чиновника (Urk. I, 253, 254), либо в одной надписи (Urk. I, 257), а значение детерминатива V 32 в одном случае прямо показано:  (Urk. I, 253), то термин, очевидно, следует переводить "врата Элефантины" и "врата южной Элефантины". Однажды встретилось название "врата, связывающие (?) страны" (Daressy, 1917а, c. 136 = Urk. I, 254) (со знаком V 32 вместо обычного W8). Очевидно, имелись в виду соответственно укрепления или укрепление, расположенное в районе Элефантины и, возможно, в районе Бухена, где в эпоху Древнего царства находилось поселение.

На граффито у Тумаса выписан топоним, который, вероятно, следует читать как 3bw šmcw; возможно, в этом случае уточняется значение знака М 24? Надпись была оставлена между Бухеном и Элефантиной, и автор счел за лучшее выразиться более определенно. Конечно, настаивать на верности высказанного предположения нет достаточных оснований, однако следует обратить внимание на то, что употребление при написании термина конструкции: прилагательное "южный" + название города — стало обычным в эпоху Нового царства. В этот период мы определенно сталкиваемся с названием "южная Элефантина" (Caminos, 1974, т. I, ил. 97; т. 2, ил. 38, 47, 63; см. Белова, 1985, с. 73-82). Ф. Хинтце считал, что термин 3bw rsj служил для обозначения Семны (Hintze, 1963, с. 94). Интересно отметить, что Кумму называли также "нубийской Элефантиной" (3bw T3-Stj, RIK 119), на это обратил внимание Ф. Хинтце (Hintze, 1963, с. 94). Неоднократно встречающийся в текстах определенного времени топоним "южная Элефантина" подчеркивал роль Бухена как опорного пункта египетской власти, его пограничную роль, т.е. ту, какую играла Элефантина в предшествующий период.

15) К транскрипций термина rsj см. Wb. II, 452. О чтении термина Tp-rsj см. Gardiner, 1957a, с. 6-9. Один из пассажей в надписи Хуефхора, в которой он называет себя "начальником всех чужеземных стран Главы юга" (употреблен термин ḫ3swt), дает возможность предполагать, что к Верхнему Египту относились не только собственно египетские земли, но и более южные (возможно, до Бухена?) (Urk. I, 124).

16) Среди прочих титулов у правителей Элефантины этого времени обычно встречались следующие: хатиа; "казначей царя Нижнего Египта"; "друг единственный". Из жреческих титулов наиболее распространенными были: "начальник жрецов-пророков" (imj-r ḥmw-ntr) (к переводу термина ḥmw-ntr см. Берлев, 1972, с. 24); жрец ḫrj-ḥb. (Титулатура выделена на основании надписей автобиографического характера вельмож Хуефхора (Urk. I, 123), Пепинахта (Urk. I, 131-132, 135).

Интересно отметить, что "начальник жрецов-пророков", возглавлявший администрацию египетских храмов, в военное время мог выполнять военные функции (Urk. I, 102). Совмещение жреческих и военных должностей в лице одного сановника не было редким явлением в эпоху Древнего царства (Всемирная история, 1955, с. 171).

Нельзя обойти вниманием должность irj Nḫn ("страж Нехена"), которую занимали Уна (Urk. I, 98) и Хуефхор (Urk. I, 121). В период Древнего царства она была тесно связана с палатой верховного сановника (Helck, 1958, с. 56). Первоначально, возможно, эту должность получал глава укрепления Иераконполя (Helck, 1958, с. 56-57), но со временем титул перестал ей соответствовать; в конце VI династии он встречается у правителей Элефантины, а в эпоху Среднего царства определенно свидетельствует о выполнении различных поручений в Нубии.

Каждый из перечисленных титулов (исключение, пожалуй, составляет титул "друг единственный") мог быть должностным. Но наличие нескольких титулов у одного чиновника наводит на мысль, что либо какие-то из этих титулов в каждом конкретном случае были только почетными, либо ввиду отсутствия четкого разграничения между обязанностями, связанными с определенными должностями, функции чиновников, носивших различные титулы, совпадали и сводились к объему работы, с которым вполне мог справиться один чиновник.

17) Ср. Fakhry, 1938, с. 39. Затруднительно чтение знака ; изображенное здесь судно, как видим, не имеет весла, но отличается от рыбацкой лодки с сетью (Р 4) формой носа и кормы. См. также Žaba, 1974, с. 204.

18) Уже упомянутая надпись Инекафа (Fakhry, 1938, ил. 2) на граффито № 3 времени Пепи II в Хатнубе (Anthes, 1928, с. 20, табл. 10, 10a).

19) Согласно надписи Уны, "казначей бога" по приказу фараона доставил для Уны саркофаг.

20) Известен лишь небольшой отрывок надписи, ничего, однако, не говорящий из-за плохой сохранности текста, нет даже имени фараона: "Год 6-й, третий месяц шему, поручение (wp), выполненное начальником войска" (Weigall, 1907, ил. 58).

21) Надо отметить, что практика передачи определенных полномочий от отца к сыну, часто непосредственно в походе, существовала и позже, в эпоху Среднего царства. Так, номарх Антилопьего нома Амени в своей автобиографической надписи сообщал: "Сопровождал я господина моего, когда плавал он к югу, чтобы уничтожить врагов своих в стране четырех племен. Плыл я к югу в качестве сына хатиа, казначея царя Нижнего Египта, великого начальника войска Антилопьего нома, в качестве человека, заменяющего своего престарелого отца, согласно милостям царского дома, [так как] любили его во дворце" (Urk. VII, 14). Эта практика скорее всего была вызвана недостатком средств информации, кроме того, отец мог поделиться с сыном секретами успеха военных, торговых или разведывательных мероприятий.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Х. Саггс.
Вавилон и Ассирия. Быт, религия, культура

Игорь Тимофеев.
Бируни

Владимир Миронов.
Древние цивилизации

Уильям Куликан.
Персы и мидяне. Подданные империи Ахеменидов
e-mail: historylib@yandex.ru
X