Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Гасым Керимов.   Шариат: Закон жизни мусульман. Ответы Шариата на проблемы современности

Шариат и радикальное «Исламское» движение

Характерной чертой возрождения шариатских норм и мусульманских духовных ценностей в современном мире является радикализм, решительность в деле зашиты Ислама, политическая активность, участие в исламском движении широких кругов людей не только с сугубо богословским образованием, но и светским — техническим, медицинским, историческим, философским и т. д. Изданы десятки книг по Исламу, написанных представителями светских профессий (примерами могут служить книги турецкого инженера Мехмета Шукри Сузера «Изучение Корана с позиции знаний», иранского медика Али Парвара «Изучение религии с позиции медицинских знаний»; оба автора получили образование в Европе).

Исследователи и политические деятели называют современное мусульманское движение исламско-шариатским фундаментализмом. Отсюда и важность уточнения ответа на этот вопрос: существует ли в Исламе фундаментализм? Правомерно ли именовать радикальное мусульманское движение исламским фундаментализмом? Попытаемся по возможности на эти вопросы ответить.

Фундаментализм — основа, фундамент религиозного учения. Он присущ практически всем религиозным, политическим, общественным, философским и иным идеологическим направлениям и течениям. Каждое религиозное учение имеет основу, которая определяет первичную, самую раннюю классическую базу его предписаний, законов, догматов. В процессе развития религиозное учение подвергается различным толкованиям и осмыслению, но его основа, фундаментальная сущность, сохраняется.

В первоначальном классическом учении того или иного религиозного, философского, социально-политического течения есть главное, основное, фундаментальное. В зависимости от конкретных исторических ситуаций подход к первоначальному учению может быть разным: либеральным, консервативным, рационалистическим. Социально-экономическое, культурно-историческое, политическое развитие общества непременно оказывает свое воздействие на религиозные направления, которые существуют в течение многих веков. В то же время и само общество, и люди подвергаются влиянию религиозных традиций и становятся на позиции защиты чистоты первоначального вероучения.

Чрезмерное увлечение ревизией классических структур религиозных догматов, попытка подчинить их политической конъюнктуре или игнорирование основных догматов религии и ее вероучения способствуют возникновению крайне консервативного течения, направленного против либерального религиозного рационализма.

Как правило, религиозный фундаментализм появляется в странах, где преобладает светский образ жизни или развита критика основ религии, в которой принимают участие государственные органы; в этом случае отделение религии от государства воспринимается как покушение на основу вероучения.

Необходимо отметить, что критерием истины в религии является вера, а знание, наука занимают подчиненное положение. Поэтому приверженцы фундаментализма провозглашают неизменность догматики, требуют буквального восприятия описанных в священных книгах пророчеств и чудес, отвергают возможность рационалистического их истолкования. Не случайно фундаментализм возник в США, он стал выражением отрицательной реакции на рост богословского либерализма и модернизма в христианстве в начале XX в. под влиянием светского духовного развития. Причинами возникновения фундаментализма на Западе стали либеральный религиозный рационализм, критика Библии с позиций науки, а также учение об эволюционном происхождении человека, которое напрямую отвергало религиозные догматы о сотворении человека.

В регионах распространения Ислама подобных ситуаций не было, поскольку Ислам не признает разделения на светское и духовное: религия и государство, духовная и светская власть являются едиными. Ислам развивается вместе с обществом и государством. В определенном смысле развитие Ислама соответствует уровню социально-экономического и культурного развития общества, так как является неотъемлемой частью культуры, экономики и политической жизни страны. На Западе же разделены религия, с одной стороны, — государство, право и политика — с другой; светское и церковное право действуют параллельно. На Востоке Шариат вплоть до начала XX в. был единым правовым институтом: Ислам в течение четырнадцати веков регулировал социально-экономические, общественно-политические, правовые и морально-этические нормы. В мусульманских странах даже такие акты, как договоры о купле-продаже, об аренде земли и дома, о займе денег заключались через мусульманских судей. Благодаря Шариату влияние религии на общественную и частную жизнь в мусульманских странах было определяющим, в отличие от христианских стран, где государственное, уголовное и гражданское право не зависело от религии и церкви и где законы устанавливались и издавались светской властью.

В мусульманском мире, где религия, государство и общество развивались вместе как единое целое, в отличие от христианских стран, не было почвы для возникновения фундаментализма. Скорее, вся система государственного и общественного строя в странах мусульманского Востока стояла на защите исламских устоев, поскольку учение Ислама о государстве и обществе обосновывается с позиций религии. Конфликт между государством и Исламом отнюдь не был характерным для стран Востока явлением. Понятие «исламский фундаментализм» было привнесено в обиход политической наукой по аналогии с христианским фундаментализмом, выступающим против светской критики основ христианства; не случайно в политологии до сих пор нет четкого определения данного понятия.

Ислам активно выступает против экономического и культурного засилья Запада в политике и международных отношениях. Именно это и воспринимается как проявление исламского фундаментализма, что наглядно видно в оценках западных политиков ситуации в Иране, Афганистане и других мусульманских странах. Стремление видеть в Исламе «фундаментализм» дает возможность скрывать под этим неприязнь к Исламу вообще и политической деятельности в частности. Лозунг «Ислам и мусульмане — неплохо, а исламский фундаментализм — опасно» — это удобная ширма для западных политиков в борьбе против антизападного движения в Исламе.

При этом отношение США и Запада в целом к исламскому фундаментализму меняется в зависимости от конкретной политической ситуации. Так, они меньше опасаются фундаментализма в Саудовской Аравии, Кувейте, чем в Иране или Алжире, где более сильны антизападные позиции.

Что же в Исламе больше всего беспокоит и тревожит страны Запада? Не выяснив это, трудно понять использование самого термина «исламский фундаментализм». Под лозунгами Ислама могут выступать самые различные политические, культурно-просветительские, социально-экономические и иные движения, в том числе как умеренные, так и крайне политизированные, даже террористические группировки. Правомерно ли в их действиях обвинять Ислам?

Западных политологов прежде всего беспокоит то, что Ислам как молодая мировая религия еще не полностью реализовал свой духовный потенциал; что мусульманские организации весьма активны в политической жизни; что с их мнением, не всегда удобным Западу, приходится считаться. Фундаментальная концепция Ислама: «Мусульманин является рабом Аллаха» — в корне противоречит западному менталитету, так как «тот, кто является рабом Аллаха, не может быть рабом себе подобного». В Исламе человек свободен и независим от себе подобных. Эта концепция превращается в политический лозунг в национально-освободительной войне (Алжир, Афганистан и др.).

Как уже отмечалось, в основе мусульманской доктрины лежит единство духовной и светской власти, религии и государства, поэтому светское государство подвергается критике со стороны исламистов. По учению Ислама, люди не создают законы, а исполняют законы Божественные, вследствие этого власть может быть исполнительной, но не законодательной. Все органы власти в Исламе считаются исполнителями Божественных законов. Поэтому можно говорить, что Коран — это конституция мусульманских стран. Библия же не является таковой для государств Запада, хотя политическое влияние христианства на законодательные органы и правительства в западных странах возможно. Особенно ярко это проявляется в последние годы в США. Свободная от религии юриспруденция также неприемлема для мусульман. Эта политико-правовая концепция Ислама, с точки зрения западных политиков, препятствует созданию светского государства и светского права, что является, по их мнению, не чем иным, как выражением религиозного фундаментализма.

В учении Ислама утверждается, что иудаизм, христианство, доисламские монотеистические религии сыграли важную роль в укреплении веры в единого Бога. Практически все библейские пророки упомянуты в Коране, но только Ислам завершил становление монотеизма и тем самым укрепил фундамент христианства и иудаизма. Поскольку Ислам считается последним духовным убежищем человечества, а Коран — последним Небесным откровением, в Исламе нет отлучения от религии и существует запрет на изменение своей веры. На Западе данная концепция интерпретируется как ограничение прав человека, в то время как в мусульманстве она рассматривается как мера защиты и сохранения единства верующих.

В Коране говорится, что нет принуждения в религии и ворота Ислама открыты для всех, поэтому Запад видит в Исламе опасного конкурента христианству, тем более что ежегодно множество людей в западных странах принимают Ислам. Это очень беспокоит церковные круги, во Франции в 1990 г., например, вынужденно был создан Комитет по делам Ислама.

Влияние Ислама на верующих так сильно, что мусульмане практически не ассимилируются в чужой среде, не переходят в иную веру. Например, в России нетрадиционные религии увлекли тысячи последователей, но количество мусульман среди них ничтожно мало. Стойкость мусульман в своей вере, вероятно, воспринимается со стороны как проявление фанатизма или фундаментализма.

Негативное отношение Запада вызывают многие установления Шариата. Так, мусульманский семейно-брачный кодекс, с точки зрения западных идеологов, нарушает права женщин и создает неудобства для немусульман. По Исламу мужчина-мусульманин может жениться на женщине другого вероисповедания — христианке или иудейке. В то же время женщина-мусульманка может выйти замуж только за мусульманина. Это установление связано с тем, что родословие строится по отцовской линии. Какую бы веру ни исповедовала жена мусульманина, дети от их брака считаются мусульманами. Христиане часто полагают, что эти законы носят проповеднический характер, привлекают мужчин и женщин в мусульманские общины и увеличивают численность последователей Ислама.

Пищевые запреты Шариата тоже часто вызывают негативную реакцию у немусульман и воспринимаются как проявления исламского фундаментализма. На самом же деле пищевые запреты и традиции в мусульманском образе жизни наносят экономический удар западным предпринимателям, для которых рынки на мусульманском Востоке остаются закрытыми именно вследствие строгости запретов Шариата, касающихся алкогольных напитков и продуктов, включающих в свой состав свинину. Кроме того, в исламских странах существуют запреты на ношение и продажу одежды европейского образца, на некоторые детские игрушки, импорт которых не разрешен. Все это иногда трактуется как еще один элемент исламского фундаментализма.

Известно, что США и западные страны фактически монополизировали информационные каналы многих развивающихся стран. В мусульманских странах они встретились с большими трудностями при реализации своей печатной, а также видео- и аудиопродукции, кинофильмов, телепрограмм и т. п., которые не соответствуют исламским традициям морали. В Иране, например, в период Исламской революции были разрушены кинотеатры, где демонстрировались порнографические и эротические фильмы. На Западе подобные запреты рассматриваются как ограничение права на свободный доступ к информации.

Одной из излюбленных тем для оппонентов Ислама являются закрепленные Шариатом меры наказания за воровство и нарушение принципов Ислама, за прелюбодеяние и т. п., которые кажутся им чрезмерно жесткими и фанатичными. Мусульмане с отрубленными за воровство руками встречаются крайне редко, если встречаются вообще: дело в том, что, прежде чем вынести приговор за воровство, мусульманский судья должен выяснить ответы на десятки вопросов: не заставили ли вора под угрозой совершить воровство; нормальна ли психика преступника; нуждаются ли его дети или больные члены семьи в пище, так как. Пророк Мухаммад требовал не доводить людей до отчаяния, чтобы они не совершали преступления. Чтобы наказать женщину за измену мужу, требуются четыре свидетеля, в противном случае мужчина будет наказан за клевету на мусульманку. А возможно ли найти женщину, которая изменяла бы мужу в присутствии четырех свидетелей?

Мусульманские юристы объясняют, что в Исламе важно не наказание человека, а предупреждение преступления. Жесткие законы Шариата эффективно воздействуют на психику человека, сокращают желание совершить противоправный поступок. Тысячелетний опыт мусульманской юриспруденции доказывает высокую действенность шариатских мер наказания именно в целях профилактики преступлений, независимо от того, нравятся эти меры кому-либо или нет.

На основании Корана и изречений Пророка Мухаммада в Шариате сформулирован ряд принципов, чтобы сохранить единство мусульман, целостность исламских общин, чтобы не появились лжепророки в странах Ислама и чтобы никто из мусульман не примыкал к чуждым Исламу течениям, чтобы постоянно увеличивалась численность мусульман. Казалось бы, в этих правозащитных средствах нет ничего опасного для немусульман, но некоторые западные идеологи и проповедники видят в этих положениях Шариата элементы фундаментализма. Приведем конкретные высказывания Пророка Мухаммада: «Мне было отдано предпочтение перед другими пророками в шести вещах: мне была дарована способность вкладывать много смысла в немногие слова, мне была оказана поддержка страхом (т. е. тем, что страх был внушен врагам Пророка — Г.К.), мне была дозволена военная добыча, земля была сделана для меня местом совершения молитв, я был послан ко всем людям и завершена была мною череда пророков». «В день Воскресения ни за кем из пророков не последует столько людей, сколько за мной». «Я был направлен к людям в лучший из веков их, и появился я именно в тот век, в котором живу». «Поистине, я был записан перед Аллахом как последний пророк уже в то время, когда Адам еще был глиной (лишенной духа), и я поведаю вам о начале своем. Это — мольба Ибрахима, радостная весть Исы». «Никому из пророков не поверило столько людей, сколько мне»93.

Высказывания и предвидения Мухаммада сбылись. Действительно, несмотря на относительную молодость этого вероучения, последователями Ислама стало большое количество людей, и оно постоянно увеличивается.

Мусульмане практически не ассимилируются с последователями других религий, среди них очень мало прозелитов. И это вовсе не является результатом возведения каких-либо искусственных барьеров, препятствующих переходу мусульман в иные религии. Множество европейцев в последние годы приняло Ислам — ив этом нет принуждения. Возникает естественный вопрос: на каких принципах основана прочность Ислама? Перечислим некоторые из них. Это четкие, ясные, недвусмысленные, логически обоснованные, доступные всем людям законы Шариата:

1. В канонах Ислама говорится: Ислам — последнее духовное убежище, и Пророк Мухаммад является последним, замыкающим посланником и печатью пророков.

2. Коран — вслед за иудейской и христианской религиями — является завершением небесных посланий и откровений.

3. В Исламе отсутствует разделение светского и религиозного, государства, политики, права, образа жизни и религии, и люди удовлетворяют не только свои духовные, но и социально-экономические потребности.

4. Многочисленные бытовые, социально-политические, экономические, пищевые и иные запреты Шариата способствуют сохранению единства и стабильности в обществе.

5. В Исламе отсутствуют посредники между Богом и человеком. Индивидуальное и коллективное спасение в исламском вероучении изложено предельно ясно и понятно. В Исламе отсутствует и является недопустимой индульгенция — свидетельство или грамота об отпущении грехов, выдаваемая духовенством за деньги или особые заслуги.

6. На Востоке очень прочны традиции и обычаи, связанные с Исламом, что способствует его укреплению.

7. Исламская семья многодетная, мусульмане рано женят детей. Это, естественно, способствует росту мусульманского населения.

8. По Исламу аборт запрещен, он считается умышленным убийством человека — творения Аллаха. Такой запрет есть и в христианстве, но женщины западных стран не выполняют его, ибо европейский образ жизни — это отнюдь не религиозный образ жизни.

9. Женщина в Исламе, в отличие от Запада, более отделена от политической, социально-экономической, государственной жизни и поэтому лучше выполняет семейно-бытовые обязанности и укрепляет устои мусульманского общества.

10. В Исламе отсутствует отлучение от религии.

11. В Исламе отсутствует монашество.

В настоящее время усиливается интерес к Шариату не только в республиках и в местностях постсоветского пространства, но и в западных странах. Это понятно, ибо Шариат — как правовой институт и неотъемлемая часть мусульманского вероучения — успешно защищает устои религии. Исторический опыт Ислама в этом отношении очень богат и может быть полезным для других религиозных систем и государств, где параллельно существует церковное и светское право. Некоторые христианские теологи находят общее между церковными правовыми институтами и законами Шариата.

Действительно, между христианским церковным правом и Шариатом есть немало общего. Достаточно обратиться к вопросу об источниках первого. Вот что писали по этому поводу доктор богословия (православного толка христианства) Никодим, епископ Далматинский, и архимандрит Гавриил, преподаватель богословских и философских наук Императорского Казанского университета в XIX в. В христианской церкви, по их мнению, первоисточником права служит воля основателя церкви. Из него исходят остальные источники, а именно церковное законодательство и церковный обычай.

Церковное право в объективном смысле составляют не только законы, изданные самой церковью, но также и законы, изданные государственной властью, признанные и принятые церковью, имеющие целью установление правильных отношений между нею и государством. Источником церковного права считаются также гражданские законы, относящиеся к церкви. Как и Шариат, церковное право имеет основные источники (Священное Писание, святое предание, каноны), дополнительные источники (канонические постановления патриарших синодов) и вспомогательные источники (мнение авторитетных канонистов, церковные гражданские права)94. В мусульманском праве их роль соответственно исполняют Коран и хадисы, иджма, адаты. Что касается отношения церкви к государству, то церковное право признает самостоятельность церковной и государственной власти.

Многие вопросы, рассматриваемые христианским церковным судом, по общему содержанию совпадают с вопросами, которые рассматриваются шариатским судом. Поскольку в странах христианского мира наряду с церковным судом действовали и действуют и самостоятельные государственные светские суды, компетентность церковного суда в решении светских вопросов ограничена, тогда как шариатские суды рассматривают как религиозные вопросы, так и вопросы, регламентируемые светским правом.

В классическом мусульманском государстве религиозная (т. е. исламская) власть и государственная власть не были отделены друг от друга, поэтому вопрос о самостоятельном их существовании в Шариате не рассматривался. В отличие от церковного суда, который для служителей культа выносит особые меры наказания, в Шариате нет исключения в отношении духовенства: всех судят по одним и тем же законам.

Таким образом, духовная близость между величайшими религиями мира — христианством и Исламом, последователями которых является более половины человечества, дает возможность проведения постоянного диалога для защиты духовно-культурных ценностей Востока и Запада, в целом Евразийской цивилизации и укрепления взаимопонимания между народами.

Возвращаясь к вопросу об истоках исламского фундаментализма, следует напомнить, что его возникновение связано с Саудовской Аравией, где господствует радикальное течение Ислама — ваххабизм, сочетающий в себе ханбалитский толк суннизма (основатель Ахмед ибн Ханбал) и суфийского учения Ибн Теймии (1263-1328), который боролся против новшеств, выступал за нерасторжимое единство государства и религии. По мнению Ибн Теймии, без могущественного исламского государства религия будет в опасности; его теория (в отличие от других суннитских концепций) отрицает принцип выборности. Ибн Теймия отдавал предпочтение принципу обоюдной клятвы главы государства и народа (уммы) в преданности друг другу. Он резко осуждал использование власти в корыстных целях, стремление к власти и обогащению, проповедовал аскетизм и сохранение первоначальной чистоты Ислама.

В XVIII в. идеи Ибн Теймии были возрождены Мухаммадом ибн Абдулваххабом (умер в 1792 г.) и легли в основу ваххабизма, поддержанного династией Саудов, которые и ныне определяют официальную идеологию Саудовской Аравии. Несмотря на господство ваххабитского фундаментализма в стране, официальные круги Саудовской Аравии теснее сотрудничают с США и западными странами, чем с мусульманскими государствами — Ираном и Ираком. Не случайно страны Запада, прежде всего США, не обеспокоены фундаментализмом в Саудовской Аравии, который своим консерватизмом превосходит Иран, Алжир, Афганистан.

Некоторые современные исследователи считают именно Иран страной, где исламский фундаментализм проявляется в своей крайней форме. До 1979 г., когда пал шахский режим, Иран был надежным партнером США. Страна была наводнена иностранными специалистами и советниками. Американские военные советники практически контролировали иранскую армию, самую сильную на Ближнем Востоке, оснащенную современной военной техникой. В США и Европе предприятия военно-промышленного комплекса выполняли многочисленные военные заказы Ирана. Западный образ жизни преобладал в столице государства — Тегеране и в других городах. В публичных домах страны работали сотни женщин из Италии, Франции, Испании, Юго-Восточной Азии. Описание разнузданной жизни в столице Ирана до Второй мировой войны, представленное в книге иранского писателя Кяземи «Страшный Тегеран», приводило в ужас западного читателя. Складывалось впечатление, что все пороки западного образа жизни процветали в Иране. Еще в 1930-е гг. шах Реза хан Пехлеви дал пощечину верховному шиитскому имаму, когда тот осмелился сделать замечание жене шаха, которая появилась в общественном месте с непокрытой головой. Все чиновники были обязаны носить европейскую одежду. Появилась поговорка: «Народ просит у шаха хлеба, а он надевает ему на голову американскую панаму». Шах поддержал политику секуляризации, проводившуюся в Турции Кемалем Ататюрком, совершенно не понимая различия между этими двумя странами.

Утверждалось, что название страны «Иран» происходит от понятия «Ариана» — страна арийцев, что Иран — самая древняя родина арийцев, и от них произошли чуть ли не все европейцы. В 1973 г. праздновалось 2500-летие иранской монархии. Шах Ирана присвоил себе древний титул «шахиншах ариямехр» (царь царей, арийское солнце). Открыто пропагандировалась древнеиранская религия зороастризм (огнепоклонничество), что воспринималось мусульманами как оскорбление.

Проводимый шахским режимом курс на игнорирование и даже подавление мусульманских традиций привел к появлению исламской оппозиции, которая зародилась еще в период до Второй мировой войны и набирала силу в течение нескольких десятилетий. Изгнание аятоллы Хомейни из Ирана в 1960-е гг. не остановило рост этой оппозиции. Исламская революция победила в стране в 1979 г. Ее победе способствовало и то, что все светские антишахские политические партии были запрещены и парализованы. Такое положение открыло путь исламскому движению, которое было самым массовым и организованным в борьбе против шахского режима, и его не могли остановить массовые аресты и репрессии.

Аятолла Хомейни таким образом объяснял свою победу: «У нас не было ни танков, ни самолетов, но мы победили. На то была воля Аллаха». Когда имама спросили о численности его солдат, Хомейни сказал, что все, кто мог выйти на улицу, были его солдатами. Даже среди сотрудников самой большой на Ближнем Востоке секретной службы «Савак», насчитывавшей более 3 млн платных осведомителей, более половины работали на Хомейни.

Иран является примером, прекрасно демонстрирующим, что в стране, где пытаются подавить Ислам или игнорировать мусульманские традиции, непременно создаются условия для развития исламского фундаментализма. Еще одним примером служит ситуация в Алжире. За 130 лет колониального господства Франции в этой стране, в Алжире были практически ликвидированы арабский язык и мусульманская культура, исламский образ жизни. Единственным местом, куда не могли проникнуть французы, были мечети. Именно в них сохранялись арабский язык и мусульманские традиции, и именно там создавались очаги сопротивления и центры борьбы против колонизаторов. Исламские духовные и культурные ценности явились самым сильным фактором в сопротивлении засилью Запада и в борьбе против ассимиляции. Ислам оставался и мощным фактором национальной интеграции, нивелировавшим этнические различия в Алжире, где живут арабы, берберы, африканцы, мавры, турки. Запад стремился разрушить этот цементирующий элемент — исламские ценности. Алжирская революция 1954—1962 гг. развеяла иллюзии Франции в том, что эту часть арабо-мусульманского мира можно удержать в положении колонии.

В 1990 г. в Алжире была создана партия Исламский фронт спасения (ИФС). До этого времени в самом Алжире, во Франции и вообще на Западе существовало мнение, что можно сохранить светский характер государства. Считалось, что прозападная алжирская интеллигенция, чиновничий аппарат, деловые круги, армия, часть берберов и неарабское население страны, другие социально-политические силы смогут противостоять исламизации государства. Однако ИФС набирал силу, укреплял свои связи с исламскими движениями в других мусульманских странах; росло число исламистов в армии, профсоюзах, государственном аппарате.

В декабре 1991 г. ИФС в первом туре выборов в парламент получил 188 мест из 430. Уже не было сомнений, что во втором туре выборов исламисты будут преобладать в парламенте и, естественно, получат возможность изменить конституцию страны и создать исламское государство, возможно, иранского типа. Страх перед возможностью исламизации государственного управления заставил прозападные силы в Алжире фактически ликвидировать результаты демократических выборов, отменить второй тур, ввести чрезвычайное положение и тем самым остановить исламистов. ИФС был объявлен вне закона. Начались аресты исламистов, роспуск контролируемых ими муниципалитетов. Эти репрессивные меры против исламского движения в Алжире, поддерживаемые Западом и некоторыми политическими кругами в России, привели к тому, что сегодня в Алжире проливается кровь. Ошибочная политика по отношению к исламскому движению привела к тому, что спокойный либеральный Ислам уступил место сторонникам крайнего фундаментализма, взявшим для достижения политических целей лозунги Ислама. Запрет исламистам свободно участвовать в политической жизни страны привел к тому, что страна разделилась на два противоположных лагеря, и не известно, когда в ней прекратится кровопролитие.

В Алжире идет борьба прозападных сил не против кучки фундаменталистов, а против всего исламского движения. Кровавые события в Алжире — предупреждение и другим мусульманским странам, а также урок для России, требующий более взвешенной политики по отношению к Исламу и более эффективного влияния на СМИ, которые часто ошибочно трактуют Ислам.

Есть ли в России исламский фундаментализм? Если да, то каковы его особенности и каналы проникновения в страну? Прогноз и перспективы развития исламского фундаментализма в России — очень важная проблема.

Следует подчеркнуть, что Россия является классическим регионом распространения Ислама. На территории России Ислам существует более одиннадцати веков, появился он здесь почти на сто лет раньше христианства. Естественно, в различных мусульманских регионах могут появиться группы исламских фундаменталистов. Было бы большой ошибкой предполагать, что исламский фундаментализм может возникнуть в России лишь путем проникновения из-за рубежа, хотя подобные пути, конечно, нельзя исключать. Ни в одной стране Европы мусульмане не испытали такого угнетения, насильственной христианизации, преследования и истребления, как в России. Российское государство создавалось в ожесточенной борьбе с Золотой Ордой и другими мусульманскими ханствами.

Русско-славянское самосознание XII-XVI вв. формировалось таким образом, что освобождение от татаро-монгольского господства оказалось возможно лишь путем уничтожения мусульманских государств Поволжья и Приуралья. Длительный период преследования мусульман при царизме и тоталитаризме, физическое уничтожение духовенства и исламских активистов, разрушение и закрытие мечетей, мусульманских учебных заведений породили недоверие к Российскому государству, фанатизм в вере. Отсутствие четкой программы в решении этно-конфессиональных вопросов, совпадение этно-национальной и конфессиональной принадлежности (например, татарин-мусульманин, русский-христианин) делает возможным слияние национализма и исламизма. В подобной ситуации борьба против религии воспринимается как ущемление национальных прав, оскорбление национальных чувств, притеснение национальных групп как акт покушения на религиозные устои. Неудовлетворенность в национальных устремлениях народов Поволжья и Северного Кавказа непременно приводит к обострению религиозных чувств. Более того, исторический опыт показывает, что такая неудовлетворенность достаточно часто приобретает религиозную окраску, лозунги Ислама используются некоторыми политическими деятелями в борьбе против «неверных».

В нынешних условиях России мусульмане не в состоянии полностью удовлетворять свои религиозные потребности: разрушены сотни мечетей, нет средств на ремонт мечетей, находящихся в аварийном состоянии, нет достаточного количества мусульманских учебных заведений, очень мало подготовленных богословов. Мусульмане не всегда могут свободно посещать мечети в пятницу, так как выходные дни установлены по христианскому календарю, приобрести дозволенные (халал) продукты питания, нет постоянных мусульманских рыночных центров, дорого обходится ритуальное обрезание в государственных медицинских учреждениях, российские газеты часто публикуют антиисламские материалы.

В передачах телевидения, в газетных и журнальных статьях довольно часто речь идет не о духовно-нравственном потенциале Ислама, а распространяются измышления об Исламе или неверно толкуется его учение. Судьба и безопасность мира, в том числе России, во многом зависят от взаимоотношений христианства и Ислама. Национальные интересы России требуют поощрения со стороны государства диалога и сотрудничества между мусульманами и христианами. Для этого следует активнее использовать средства массовой информации, чтобы у всех народов России имелось адекватное представление об Исламе и его основах.

Существуют проблемы в реализации свободы совести среди мусульман-военнослужащих. В воинских частях нет литературы по Исламу, не решаются вопросы, связанные с пищей солдат, мусульманскому священнослужителю порой бывает трудно посетить военнослужащих. Все это может способствовать росту недоверия к политике государства, стимулировать деятельность сторонников исламского фундаментализма.

В годы советской власти на территории СССР проживали более 70 млн. мусульман, действовали 4 духовных управления. В настоящее время в России создано около 40 духовных управлений. Вместе с тем, органы власти Российской Федерации — администрация президента и аппарат правительства — в основном поддерживают отношения с лидерами двух духовных управлений: европейской части СНГ и Сибири и центрально-европейской части России. Этим же управлениям оказывается материальная помощь. Председатели других Духовных управлений ищут и находят поддержку в Государственной думе и политических партиях. Это ведет к разобщению российских мусульман, вносит раскол в российский мусульманский мир, может стимулировать развитие экстремизма, усиливать напряженность в стране. Поэтому необходима единая взвешенная политика государства по отношению ко всем Духовным управлениям в РФ. В настоящее время активно пропагандируется идея о том, что в России появились сторонники ваххабизма. Известно, что российские мусульмане тюркского происхождения — татары, башкиры, казахи, узбеки и др. — являются последователями умеренного либерального течения ханифитского толка суннитского направления в Исламе. Ханифиты — самое многочисленное течение в мусульманском мире. Маловероятно, что они примкнут к ваххабизму, так как они преданы основателю своего течения Абу Ханифе, человеку тюрского происхождения. В учении ханифитов отсутствует крайний консерватизм, характерный для ханбалитов.

Группировки ваххабитов нашли себе почву на Северном Кавказе, где им противостоят представители суфийских тарикатов. Следует отметить, что в арабских странах, в том числе в Саудовской Аравии, проживает довольно много выходцев с Кавказа еще со времен Кавказской войны XIX в. Гробница предводителя горцев Кавказа, имама Шамиля, также находится в Саудовской Аравии, в городе Медине, там же находится могила Пророка Мухаммада.

Неразрешенность чеченского вопроса, экономические трудности усиливают напряженность на Северном Кавказе и могут служить причиной появления в этом регионе исламского фундаментализма ваххабитского толка с примесью кавказского мюридизма. Иногда причиной возникновения настроений исламского фундаментализма могут быть этнографические и востоковедческие публикации. Они, как правило, вызывают раздражение мусульман тем, что в них проблемы религии исследуются с материалистической точки зрения. Отрицательное отношение мусульман вызывает и концепция «двух Исламов» — народного и книжного, распространенная среди этнографов. Первый — это живой, примитивный народный Ислам, второй — классический, книжный, о котором народ ничего не знает. Таким образом, формируется представление об Исламе как о религии малограмотных людей.

Элементы исламского фундаментализма могут возникнуть и на базе предпринимательской деятельности. Предприниматели-мусульмане оказывают содействие в строительстве мечетей и медресе, реставрируют молитвенные дома, помогают неимущим, но они довольно часто имеют слабое представление об исламских нормах предпринимательства и торговли, что приводит к нарушению запретов Шариата (запрет на азартные игры, на оскорбление нравственности и др.), развитию торговли непозволительными с точки зрения Ислама товарами (винно-водочные изделия, свинина и т. п.). В мусульманской юриспруденции есть целый ряд положений, которые можно использовать в борьбе против коррупции, воровства, других правонарушений, в эффективной защите национальных традиций и обычаев мусульман.

Таким образом, исламский фундаментализм может возникнуть не в результате влияния зарубежных исламских организаций, а скорее из-за тех проблем, которые возникают на российской почве ввиду нерешенности социально-экономических, этно-конфессиональных, национальных проблем, предвзятого толкования вопросов Ислама в средствах массовой информации, отсутствия выверенной политики государства в отношении Ислама.



93Здесь имеются в виду мольба Ибрахима (Авраама) о том, чтобы из его потомков была создана община, покорная Аллаху, и радостная весть Исы (Иисуса) о грядущем пришествии Мухаммада. Об этом говорится в Священном Коране (2:128; 61:6; 21:107). См.: Мухаммад бин Джамил. Достоинства Пророка. О высоких нравственных и этических нормах Ислама, М., 1999, 20-22.
94Архимандрит Гавриил. Понятие о церковном праве и его история. Казань, 1874, 1-6. Никодим, епископ Далматинский. Православное церковное право. СПб, 1897, 38.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Уильям Куликан.
Персы и мидяне. Подданные империи Ахеменидов

Эммануэль Анати.
Палестина до древних евреев

Всеволод Авдиев.
Военная история Древнего Египта. Том 2

И. В. Рак.
Египетская мифология

Ш. Султанов, Л. Султанов.
Омар Хайям
e-mail: historylib@yandex.ru
X