Мурад Аджи.   Европа, тюрки, Великая Степь

«Железные ворота»

Григорис, Джарган, Гюрджи, Георгий… Слишком многое начинало совпадать в этой туманной истории. Порой все обретало мистические оттенки, слова становились теплыми или холодными, пустыми или осязаемыми. Иногда я ощущал даже страх, когда вдруг находил в случайно оказавшейся у меня книге то, что не мог найти в десятках других (будто кто-то заботливо следил за ходом моей работы)… Что это? Закономерность? Или нечто иное? Трудно сказать, но быть равнодушным я просто не имел права. Знания же не появляются из ничего, они даются человеку, и не взять их нельзя… Словом, потребовалась экспедиция.

Я решил во что бы то ни стало ехать в Дербент и искать там могилу святого Георгия хотя бы потому, что видел ее во сне и кое-что уже знал о ней…

Дербенту, по мнению местных археологов, пять тысяч лет, долго он был столицей Шелкового пути, объектом многих войн. Город-крепость стерег единственный на Кавказе проход из Европы в Азию — для этого его, собственно, и построили. Сейчас он, конечно, ничего не охраняет. Давно появились другие дороги, которые отодвинули в прошлое и Шелковый путь, и его крепости.[97]

Прежний Дербент умещался между двух стен, отсекавших город с юга и с севера: четыреста метров в ширину, два километра в длину, вот и весь город. Стены его сохранились поныне, они по-прежнему тянутся от горы, которая слилась с древней крепостью, до берега моря. Когда-то стены уходили в море, потом их частично разрушили. Разрушили и ворота, которые кормили город и дали ему название «Железные ворота». Население Дербента было невелико — несколько тысяч человек, большой город просто не уместился бы в каменном ложе. Но неприступные стены помогали горстке людей выдерживать любую осаду. Торговля здесь не стихала ни днем, ни ночью. Эта древняя традиция сохранилась — с базара начинается и заканчивается город для большинства приезжих. Нельзя утверждать, будто в современный Дербент пришло запустение. Но и не скажешь, что город процветает, как в былые времена. Он гордый, как старец, которого забыли родственники. Живет своей жизнью — горожане унаследовали прекрасные лица предков, но не помнят их великих дел. Людей веками отлучали от истории своего города, своего народа, и они послушно все забыли.

Дербент был крупнейшим городом в Кавказской Албании — древнем государстве с высокой культурой. Его народ одним из первых на Кавказе обрел образ Бога Небесного… Не случайно в Коране Дербент назван «священной землей», о городе говорил сам Пророк… Но где потомки тех небесных албан? Нет на Кавказе народа с таким именем: забыто! Теперь, даже глядя на албанские храмы, на развалины крепостей, они, люди с внешностью албан, не вспоминают предков! Они говорят об иранских или арабских правителях, которые якобы строили здесь эти храмы и крепости.

Когда я сказал, что еще до появления здесь мусульманства святой Георгий (или Григорис) был первым епископом Албанской Церкви, на меня посмотрели, будто я говорил по-китайски. Здесь мало кто слышал, что вплоть до середины VI века в их городе размещался патриарший престол Кавказа (а может быть, и всего христианского мира?!). Что в центре Дербента — к югу от северной стены — был убит святой Георгий, их духовный отец. Там прежде стоял храм в память святого Георгия…[98] Когда и как порвалась связь времен и люди стали безразличными даже к себе? Не знаю.

Порою кололи обида и даже стыд, особенно за ученых, которые в древнем Дербенте находят только иранские и арабские надписи, но подчеркнуто не замечают албанские и тюркские, которые рядом. Кому-то, видимо, очень нужно так — косым глазом — смотреть на мир. Чтобы другие люди считались диким, бесписьменным народом…

Для экспедиции мне требовались помощники, но как их отыскать среди забывчивых людей? Обратиться к местным ученым?.. Да если бы они хоть что-то знали о святом Георгии и его могиле, наверняка, объявили бы о ней задолго до меня. А в одиночку, без помощников, сквозь дербентские лабиринты не пробиться — здесь иголку в стоге сена отыскать в сто раз легче, чем надмогильный камень. Дербент и его окрестности — без преувеличения, огромное кладбище: кругом тысячи разных могил, известных и давно забытых.

Скольких же людей состарил этот мир, а сам не состарился…

Я понимал, после той страшной смерти, устроенной Георгию, его тело (вернее то, что осталось от него) не смогли бы увезти далеко. Его могила вблизи места гибели — но не в городе. Косвенным тому подтверждением служило и одно из старинных названий Дербента — «Ворота Джора» (Джарган — Джар-хан — Джор-хан — Джор).

Конечно, слова «окрестности Дербента» в Москве звучали убедительно, но на месте этого ориентира было мало. Требовалось сузить границы поиска: если окрестности Дербента называли «Гуннским проходом», рассуждал я, то, по правилам топонимики, искать нужно селение или местность, названия которых созвучны слову «Джарган». Были и другие варианты тюркского произношения: «Гюрги», «Гюрджи», «Джюрджи». Среди этих «джикающих» звуков история хранила тот, единственный…

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Мурад Аджи.
Европа, тюрки, Великая Степь
e-mail: historylib@yandex.ru
X