Список книг по данной тематике

Реклама

Мурад Аджи.   Европа, тюрки, Великая Степь

Европейские кипчаки

Географическая карта — серьезный исторический документ, несущий информацию не меньшую, чем пухлая книга. Но нужно уметь читать ее: Великое переселение народов оставило на карте свой след. Тогда, во II–V веках появилась огромная степная страна — Дешт-и-Кипчак, с ее поселениями, городами, станицами, дорожными станциями.

Тюркская культура доминировала от Байкала до Альп. По всей степной зоне. Европа тогда «начиналась» в Сибири! Минули века, все вроде бы исчезло. Но… ничего не забылось. Карта сохранила то, что не помнят люди.

Это подметил и Николай Рерих:

Мы не знаем. Но они знают.
Камни знают. Даже знают
деревья. И помнят.
Помнят, кто назвал горы
и реки.
Кто сложил бывшие
города.
Кто имя дал
незапамятным странам.
Неведомые нам слова.
Все они полны смысла.

Например, границы Дешт-и-Кипчака. Целы! На русском языке слово «курган», как пишет крупнейший топонимик Э. М. Мурзаев, прежде означало «граница», «межа». Почему? Потому что в первую очередь курганы отличали тюркские земли. За курганами начиналась чужая земля.

Граница Дешт-и-Кипчака на севере проходила по Москве-реке — северный берег принадлежал финнам и уграм, а южный — тюркам.[8] Только в пределах Москвы известны несколько курганных групп, большинство — на южном (правом) берегу. Сохранились они и в бывшем «тюркском» Подмосковье, где были поселения тюрков, — топонимика убеждает и в этом. Например, Коломенское, его старинное название Коллома, что по-тюркски — «охранение», «обеспечение». Копотня — от «Высокое поселение» (или «Высокая трава»), Кунцево — от «Пристанище» или «Заезжий двор»… Слова явно не славянского происхождения… А к северу от Москвы-реки курганов нет — там жил другой народ, с другой культурой, и топонимика здесь иного корня и тоже не славянского.

На крайнем юге страна тюрков доходила до Ирана, курганы тому свидетельство. Граница осталась почти без изменений, там по-прежнему живут тюрки, и называются они иранскими азербайджанцами.

Между северной и южной границей Дешт-и-Кипчака и ныне — тысячи тюркских географических названий, настоящая сокровищница для топонимики! Например, напротив Московского Кремля, на правом берегу, находится Балчуг. В русском языке такого слова нет, а по-тюркски это — «болото», «грязь». Чисто тюркский топоним.

Подобных примеров сколько угодно. Как правило, названия многих старинных городов степной России выведены из тюркского корня: Орел — «дорога на подъем», Тула — «полный», Брянск (Биринчи, Брянечьск) — «первый», «главный», Саратов (Сарытау) — «желтая гора», Симбирск (Симбир) — «одинокая могила»… Кашира, Коломна, Калуга, Воронеж, Пенза, Челябинск, Курган… Много названий, и каждое сообщает забывчивым кипчакам об их Родине.

Географические карты запечатлели следы захватнических войн Ивана Грозного и Петра I. Они показывают, как росла Русь за счет своих соседей. Карта хранит очень темную историю, которую пытаются обелить переписанные летописи. И понимаешь, что не случайно древний тюркский город Кипензай, который отмечен на европейских картах, стал русской Пензой, Шапашкар — Чебоксарами, Бурунинеж — Воронежем, Сарытау — Саратовым, Челяба — Челябинском, Биринчи — Брянском…

Самые далекие от Алтая земли при Аттиле назвали «альман» — по-тюркски «дальний». Отсюда топоним Альмания — ныне Германия. Многие «германские племена» были синеглазыми, скуластыми, с явной кипчакской внешностью, и говорили они по-тюркски, что доказывает их руническая письменность, древние обычаи и народная память. Они — выходцы с далекого Алтая!

Та же ранняя история у части населения Франции и Италии, Англии и Австрии, Югославии и Чехии. Если судить по архивам, почти до конца XVI века здесь в ходу был тюркский язык. Правда, потом во времена инквизиции Западная церковь провела в этих архивах «великую чистку», но некоторые документы, к счастью, уцелели. Они и позволяют утверждать непривычное — в Центральной Европе жили тюрки… Об этом обстоятельный разговор впереди.

Разумеется, тюркские географические названия сохранились на картах Европы. По ним неплохо читается история иных стран и народов.

Вот маршрут рода бургунд. Улус Бургунд пришел в Европу с отрогов Байкальского хребта — там самый восточный топоним «бургунд». Потом они жили в прикаспийских степях, затем часть их осела в предгорьях Кавказа — в Карачае, там селение Бургунд. А в 435 году улус, ведомый отцом Аттилы, достиг нынешней Франции, утвердив Бургундию — Бургунд-юрт… Французы-бургунды сохранили блюда из тюркской национальной кухни, что-то из одежды и утвари, не забыты традиции и обычаи. Родной язык потеряли.

А можно пройти по следам улуса Саваой. И этот топоним тонкой цепочкой выкладывается на географической карте — тоже от Алтая… По времени и он совпадает с Великим переселением. И слово «теринг» может послужить компасом в подобном историческом путешествии.

«Теринг» по-тюркски — «нечто обильное». Так говорили, например, об обширной, плодородной долине. От Балхаша (Теринг-куль называлось прежде это озеро) до Центральной Европы четко заметен этот топоним. Совпадение? Конечно нет. Соратниками Аттилы, если судить по западноевропейской литературе, были именно теринги (тюринги), бургунды и другие «германские племена». Все они были прекрасными всадниками, воевали под знаменами с крестом… И уже не удивляют строки историка Иордана о терингах, об их искусстве в коневодстве… Коренные европейцы коней тогда не разводили! И кумыс не пили. Это любимое занятие тюрков.

Посмотрим на карту Дуная — настоящий лес кипчакских названий. Кстати, «балканы» по-тюркски — «горная цепь, покрытая лесом». Так же называется один из районов Азербайджана, там удивительно красивые горы, покрытые лесом.

Говорят, черногорцев на Балканах дразнят «каратаевцами», почему? Не зная тюркского языка, не ответишь. А ответ прост. «Кара» — черный, «тау» — гора. Получилось, «каратаевцы» и «черногорцы» — одно и то же.

Тюркских топонимов на карте Евразии чуть меньше, чем звезд на небе. Однако прочитать о них трудно. Выходили книги на эту тему. Но за рубежом. Лишь узкий круг ученых знает о них. Один из них — известный географ Эдуард Макарович Мурзаев. Он написал свою, может быть, главную в жизни, книгу «Тюркские географические названия»… Книга, словно в насмешку, издана мизерным тиражом (всего пятьсот экземпляров).

Границы Великой Степи неплохо видны и в Англии. Там они — память об англосаксонских походах, которые в V–VI веках возглавили тюрки (саки или саксы?).

Разбив аборигенов, кипчаки утвердили свое «островное» государство, построив город Кент, который дал название юрту, позже королевству. «Кент» по-тюркски — «крепость из камня». То был плацдарм для продвижения в глубь островов. Напротив, через пролив, на материке воздвигли город Кале,[9] отсюда, как известно, и начинались англосаксонские походы, здесь готовилась переправа через пролив… Карта подтверждает эту информацию.

Но, может быть, самое любопытное, что показывает топонимика, лежит на поверхности. «Инг» в древнетюркском словосочетании означает «добыча». Не отсюда ли «Ингленд» — «Добытая земля»? До прихода тюрков острова назывались Альбион.

Еще один факт — сперва для размышлений, а потом и для споров, — Церковь в Ингленде не признала папу римского, лишь папе Григорию Великому удалось войти в доверие. Англичане следовали традициям только восточного обряда. Почему? Откуда он на островах? Их называли арианами, почему? Самый первый аббат носил тюркское имя Айдан (это означает «светлый»), он учил аборигенов вере в Бога Небесного. Пастырь шел по земле островов с переводчиком. Опять же, почему?

Кстати, а откуда в далекой Англии курганы, которые давно стали достопримечательностью? Точно такие же курганы есть и в других землях Великой Степи. В Шотландии их нет… А знают ли англичане, что их любимая игра поло (с клюшками на лошадях) зародилась на Алтае до Великого переселения народов? Там гоняли не деревянный мяч, а завернутую в кожаный мешок голову врага. У тюрков эта игра не забылась, как и другие древние игры.

Кровь кипчаков не застыла в жилах иных англичан. Внешность и поведение выдают их корни… Английские кипчаки, видимо, забыли пословицу, бытовавшую у предков задолго до англосаксонских походов: «Не надевай чужих штанов». В них не спрячешься.

Завоевав полмира, кипчаки словно ушли из истории. После каждой крупной междоусобицы улус за улусом покидали Дешт-и-Кипчак, превращаясь либо в «новый» народ, либо — сливаясь с другим. Тюрки таяли, как снег на солнце.

Ни небо, ни земля не разверзались, мор
и глад не били нас: так почему и кто —
о тюркский мой народ! — ответь, зачем и кто
закон и власть твои к погибели подвел?
Ты сам, ты сам, народ, перед своей землей,
перед каганом, что хотел тебе служить,
перед самим собой — ты сам и согрешил:
ты выбрал для себя, как смертный жребий, Зло.
Ведь не пришел никто, закованный в броню,
чтоб одолеть тебя, рассеять, взять в полон!
Ведь не пришел никто, чей был бы меч острей,
чтоб покорить тебя, согнуть, стереть с земли!
О тюркский мой народ…

Так поэт Анатолий Преловский перевел посмертное послание тюркского правителя Кюль-Тегина. Текст будто вчера выбит на камне древними рунами, а ему более тысячи лет.

Что, неужели и вправду Зло вошло в нас?.. Нет! Зло не вечно. Слово из уст врага стало ядом для кипчаков, пусть теперь Слово будет лекарством.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Мурад Аджи.
Европа, тюрки, Великая Степь
e-mail: historylib@yandex.ru
X