Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Пьер Монте.   Эпоха Рамсесов. Быт, религия, культура

2. Взвешивание деяний

Было бы ошибочно предполагать, что перспектива отправиться в мир иной доставляла египтянам большую радость. Однако они сознавали, что смерть безжалостна и никакие мольбы не помогут прогнать ее. Глупо похваляться своей юностью, ибо «смерть отрывает младенца от груди матери и забирает того, кто достиг старости». Более того, «что есть годы, отведенные человеку на земле, сколь бы много их ни было? Запад – земля сна и глубокой тьмы, земля покоя для обитающих там. Они спят, обмотанные повязками, и просыпаются, лишь чтобы встретиться со своими братьями. Более не знают они ни отцов своих, ни матерей, и в сердцах их нет памяти ни о женах, ни о детях их. Свежая вода – дар земли для живущих на земле, но для меня она лишь стоячая вода.

Воды текут рядом с теми, кто живет на земле, но вода у ног моих – застойная».

Наиболее привлекательной стороной жизни в ином мире считалось то, что в нем у человека не будет больше ни соперников, ни врагов и он, наконец, сможет отдохнуть в безмятежности и покое. Отдельные циники утверждали, что «никто не возвращается из могилы, чтобы рассказать нам, как живут мертвые и чего не хватает им, чтобы дух наш был спокоен, когда придет нам время последовать за ними». Тот же мудрец добавил, что рано или поздно все гробницы рушатся и даже могилы великих мудрецов древности «ныне стали, будто их никогда и не было». Тем не менее он не считал обустройство гробниц и размышления о смерти бесполезным времяпрепровождением. Даже если бы он пришел к такому выводу, ему едва ли удалось бы поколебать убеждения своих современников, которые всегда старались самым тщательным образом подготовиться к переходу из одного мира в другой: и во времена, которым посвящена наша книга, и раньше, в эпоху строительства великих пирамид.

При вступлении в Аментет, загробный мир, все мертвые должны были пройти весьма непростую процедуру – взвешивание деяний. Отдавая наказ, Мерикара, старый царь, предостерегал сына против притеснения бедного люда и среди прочего так отозвался об иных, высших, судьях: «Не думай, что все будет позабыто в судный день, и не вверяй надежду свою долгим годам. Для них [для богов] жизнь – лишь краткий миг. После смерти человек продолжает существовать, и все дела его кладутся перед ним на весы. Тот, кто предстанет без греха пред судьями мертвых, будет среди них как бог, он будет свободно гулять вместе с властителями вечности». Сетне, сыну Рамсеса Усирмара, выпало необыкновенное счастье: ему довелось при жизни спуститься в Аментет и увидеть там «Осириса, великого бога, восседающего на троне из чистого золота и увенчанного диадемой с двумя перьями; великий бог Анубис стоит по левую его руку, а великий бог Тот – по правую; боги судилища Аментета восседают слева, справа же выставлены перед всеми весы, на которых взвешивают они злые дела против дел добрых, великий же бог Тот записывает то, что они показыавают, а Анубис оглашает приговоры богов». Мертвые были разделены на три группы. Тех, чьи злодеяния были более многочисленны, чем добрые, тут же отдавали на съедение чудовищной собаке, по имени Амаит. Тех, чьи добрые дела перевешивали, вводили в совет богов. Тех же, у которых добрых и злых дел было поровну, оставляли прислуживать увешанному амулетами богу Осирису-Сокару.

Египтяне считали, что лишь немногим безгрешным смертным дано предстать перед высшим судом, а значит, необходимо, чтобы боги простили человеку его грехи и очистили его. Многие надеялись, что боги даруют им отпущение грехов, и это нашло отражение в литературе, посвященной переходу в мир иной: «Грехи мои очищены, ошибки мои прощены, проступки мои забыты. Оставь грехи свои в Ненисуте».

«Великое волшебство очищает тебя. Ты признаешься в грехе своем, и он более не существует для тебя, и дальше ты делаешь так, как сказал. Хвала тебе, Осирис в Диду, ты, кто слышит слово человека. Ты смываешь с него грех. Ты подтверждаешь его слова против недругов его, и он преисполняется силы на земном суде».

«Ты стоишь твердо, и твои враги повергаются ниц. Зло, что люди говорят о тебе, не существует. Ты предстаешь перед богами Эннеады с правдой в голосе твоем».

Главное предназначение всех ста двадцати пяти глав Книги Мертвых – научить грешника, как очиститься от грехов. Некоторые египтяне копировали ее и клали свернутый папирус с текстом в гроб между ног мумии. В этих главах содержится своего рода отчет о последнем суде, о том, как следует себя вести «подсудимому», чтобы все окончилось благоприятно для него. Помещение, где происходит суд, по каким-то необъяснимым причинам называется залом Двух Истин. Осирис восседает на троне, установленном в нише, позади него стоят Исида и Нефтис. Ниже расположились четырнадцать членов совета, между ними возвышаются огромные весы, укрепленные на столбе, верхушку которого украшает голова Истины, Анубиса или Тота. Чаши весов охраняет чудовище. Тот, Анубис, в некоторых случаях Хор и Две Истины стоят в центре зала.

Анубис подводит умершего, одетого в льняные одежды, поприветствовать судью и всех присутствующих. «Хвала тебе, великий владыка, Властитель Двух Истин. Я предстаю пред тобой, преданный в твои руки. Я созерцал совершенство твое. Я знаю тебя и знаю имя твое и имена сорока двух богов, сопровождающих тебя в зале Двух Истин, которые смотрят за нечестивыми, которые пьют сегодня кровь их, чтобы вынести свое суждение об их честности перед Благостным». Затем умерший произносит длинную речь, которая должна доказать его невиновность, изложенную в форме отрицаний: «Я не совершил ни одного греха против человека… Я не был жесток со своими людьми… Я не нагружал никого работой свыше его сил… Я не поносил бога. Я не был груб с бедняком… Я не вынудил никого голодать… Я не обвешивал… Я не обмеривал… Я не обманывал при обмере земли… Я не давил на стрелку весов… Я не отнимал молоко изо рта ребенка… Я не преграждал путь воде, когда ей надлежало течь… Я не преграждал пути богу, шествующему вперед».

Перечислив таким образом тридцать шесть грехов, которых он не совершал, умерший мог считать себя очищенным, ибо теперь он являлся «носом Владыки Дыхания», который дает жизнь всему сущему в Египте. После этого, как бы опасаясь, что слова его прозвучали недостаточно убедительно, он начинал по очереди уверять в своей невинности каждого из сорока двух богов, которых он приветствовал при входе в зал Двух Истин. Боги эти носили имена, способные внушить ужас любому грешнику: Широко Шагающий, Глотатель Теней, Разбивающий Кости, Лакающий Кровь, Громогласный, Предвещающий Битву. В конце он добавлял, что не боится кары, поскольку никогда не поносил бога, не совершал проступков против царя, соблюдал законы человеческие и всегда поступал так, как было угодно богам. «Он отдал богу то, что любил, тем обратив его на свою сторону. Он отдал хлеб голодному, воду – жаждущему, одежду – нагому; он дал лодку тому, кто хотел переплыть на другой берег». Он совершил и множество других благочестивых и достойных деяний, например, выслушал спор между ослом и кошкой (к великому сожалению, до нас этот спор не дошел).

Осталось лишь завершить суд. На одну чашу весов клали сердце умершего, а на другую – маленькую статую Тота. Но что, если сердце станет говорить и очернит своего владельца? Чтобы оградить себя от этого, необходимо было прочитать специальное заклинание, приведенное в тридцатой главе Книги Мертвых. «О сердце мое, сердце моей матери, сердце тела моего! Не свидетельствуй против меня, не говори против меня перед судьями, не клади вес свой против меня перед владыкой весов. Ты есть мое ка в груди моей, Хнум (бог-творец), соединяющий члены мои. Да не будет имя мое вызывать отвращение, не возводи на меня напраслину перед богами!» Сердце, к которому было обращено это заклинание, молча выслушивало две исповеди. Результат был неизменно успешный: Анубис останавливал весы и объявлял, что чаши находятся в равновесии. Теперь Тоту оставалось лишь записать это на папирусе и провозгласить умершего невинным (маа херу – «правдивый голос»). Умерший вступал в царство Осириса, а чудовище, надеявшееся сожрать его за грехи, оставалось ни с чем.

Неужели египтяне на самом деле считали, что, дабы изгнать свои грехи из памяти богов и людей, достаточно просто отречься от них? В ряде последних работ по египетской религии сто двадцать пятая глава Книги Мертвых рассматривается как магический текст. Слово «магический», однако, имеет много значений; египтологи не должны забывать, что долгое время трактат о том, как вернуть старику молодость, также считался магическим текстом, но более тщательное изучение показало, что это всего лишь сборник советов, как избавиться от морщин, бородавок, пятен на коже и других малопривлекательных признаков старения. Я полагаю, что, давая свои наставления и утверждая, что никто не может ввести высшего судью в заблуждение, старый царь Мерикара повторял всеобщее убеждение. Вероятно, египтянин так настаивал на своей чистоте и невиновности потому, что ему каким-то образом удалось избавиться от тяжести грехов еще при жизни. Именно это освобождало его от страха перед судьями мира иного.

Итак, главной целью для египтянина было заслужить звание маа херу – правдивого голоса, – а чтобы его добиться, необходимо было предстать перед высшими судьями. Однако на стелах и саркофагах, в надписях на стенах гробниц мы постоянно встречаем имена египтян, перед которыми написано: маа херу; считается, что таким образом они выражали благочестивую надежду, что их голоса (или же голоса их родственников и друзей) будут сочтены праведными на загробном суде. Эта надежда была настолько распространена, что в какой-то момент маа херу стало практически синонимом слова «мертвый». Тем не менее, нам известно, что были и египтяне, которым удалось получить это звание при жизни. Так, в истории о том, как сыновья Хеопса по очереди рассказывали отцу истории о магах, говорится, что к этому времени великий царь, которого греки обвиняли в нечестивости) уже был маа херу. Был им и Парамсес, когда Хоремхеб повелел ему проследить за работами в храме Опета, еще до того как он стал царем Рамсесом I; и великий вождь народа Ma, прежде чем взошел на трон под именем Шешонк I. Бакенхонсу, верховный жрец Амона, получил звание «правдивого голосом» за то, что пообещал Рамсесу II поставить царские статуи прямо в храме, «в окружении Достославных». Ему тогда уже стукнул девяносто первый год, однако впереди у него было еще несколько лет жизни. Точно так же и один из его преемников, Рамсеснахт, назван маа херу в надписи, найденной в Вади-Хаммамат: в этой надписи рассказывается о великом путешествии к горе камня бехена, снаряженной по приказу Рамсеса IV в третий год его царствования. Нам известно, что Рамсеснахт все еще был жив в правление некоего царя, предположительно Рамсеса IV или V.

Я полагаю, эти примеры достаточно убедительно показывают, что египтянин мог стать маа херу при жизни; остается только выяснить, как можно было этого достичь. Первым маа херу был Осирис, который, вернувшись к жизни, преследовал своего убийцу Сета, пока не заставил его предстать перед судом богов, возглавляемым богом Ра, и не добился его осуждения. Исида не желала, чтобы ее труд и доказательство ее преданности мужу были преданы забвению, и потому учредила священные таинства, которые должны были одновременно напоминать людям о ее подвиге и утешать в несчастьях. В дни Геродота эти мистерии символизировали страсти Осириса, однако несколько раньше египтяне организовывали представления на другой сюжет. Они рассказывали о борьбе сторонников Осириса за тело своего господина и о его триумфальном возвращении в храм Абидоса. После этого следовала мистерия, символизирующая суд богов, – в главе восемнадцатой Книги Мертвых перечисляются города, в которых осуществлялась «церемония суда»: Он, Диду, Имит, Хем, Пе и Деп, Рехти в Дельте, Расетау (район Мемфиса), Нареф близ Фаюма и Абидос в Верхнем Египте. Все указывает на то, что набожный египтянин мог обеспечить себе вечное блаженство, подражая Осирису. В конце сто двадцать пятой главы помещен абзац, по-видимому, написанный в качестве инструкции живым. «Прочитать эту главу внятно и без ошибок, облачившись в лучшие одежды, обсыпав глаза свои черной пудрой и умастившись прекраснейшим фимиамом, прежде же принести в жертву, как подобает, быков и птиц, живицу, хлеба, пиво и овощи». Далее священный текст гласит: «Кто сделал все это для себя, будет зелен (то есть будет процветать), и дети его будут зелены. Цари и Великие будут взирать на него благосклонно. Ни в чем не будет он знать недостатка и в конце вступит в царство Осириса».

Таким образом, мы можем получить некоторое представление о том, в чем же заключалось это самое таинство, благодаря которому египтянин мог избавиться от бремени грехов. Тот, кто чувствовал, что дни его на земле сочтены, – предчувствуя скорую смерть от старости или тяжелой болезни или же получив тайное послание от Осириса, иногда предупреждавшего людей, что вскоре они предстанут перед судом богов, – должен был торопиться в один из перечисленных выше городов и выполнить все эти рекомендации, не забыв, разумеется, и о подобающих жертвоприношениях.

Судя по содержанию сто двадцать пятой главы, «таинство суда» состояло из двух стадий. Во время первой Осирис доказывал свою невиновность, обращаясь к богу Ра и с помощью тридцати шести отрицаний убеждая его, что в течение года он не совершил ничего дурного. Египтянин повторял слова Осириса, поддерживая себя надеждой, что решение суда, как и в случае с богом, будет в его пользу.

Однако на этом церемония суда не заканчивалась; Осирис покидал «скамью подсудимых» и всходил на помост. Египтянин вслед за богом произносил вторую «отрицательную исповедь» и приближался к весам. На одну чашу клали сердце из лазурита, на котором было вырезано его имя, на другую статуэтку, символизирующую истину. Затем он с удовлетворением видел, что чаши пришли в равновесие, писец записывал его имя и добавлял к нему звание «правдивого голосом». После этого успокоенный египтянин возвращался домой, уверенный, что теперь врата в иной мир будут перед ним открыты.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Леонард Вулли.
Ур халдеев

Харден Дональд.
Финикийцы. Основатели Карфагена

Пьер Монтэ.
Египет Рамсесов: повседневная жизнь египтян во времена великих фараонов

Ш. Султанов, Л. Султанов.
Омар Хайям
e-mail: historylib@yandex.ru
X