Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Составители Ф. Эйджи и Л. Вулф.   Грязная работа ЦРУ в Западной Европе

Ричард Флетчер — Как деньги ЦРУ вырвали зубы у британского социализма

Эта статья впервые появилась
в Лондоне в 1975 г.




После второй мировой войны американское правительство и его шпионское ведомство — Центральное разведывательное управление — систематически работали, чтобы обеспечить совместимость позиций социалистических партий «свободного мира» с американскими интересами. Можно проследить, как деньги ЦРУ через Конгресс за культурную свободу (ККС) попадали в журналы типа «Энкаунтер», который предоставил лейбористским политикам, таким, как Кросленд, Хили и покойный Гейтскелл, трибуну для их кампаний, означавших отход лейбористской партии от политики национализации и пропаганды пацифизма. Множество людей связывают эту влиятельную группу лейбористской партии с малопривлекательной фигурой голландского принца Бернхарда, который в течение двадцати лет покровительствовал таинственной деятельности антикоммунистической группы Бильдерберга, созданной с помощью тайных американских фондов. Нельзя сказать, что деятельность этих видных лейбористских политиков не была невинной и благопристойной. Но можно спросить, как такие умудрённые люди не задались вопросом об источниках фондов, из которых финансировались организации и журналы, бывшие столь полезными им продолжительное время. Однако они определённо горды решающим влиянием своей деятельности в период, последовавший за 1959 годом, когда они увели лейбористскую партию от её обещания о национализации, увековеченного в знаменитом параграфе 4, и вернули назад к приверженности НАТО, от которой её отклонила кампания за ядерное разоружение. Оперативные сотрудники ЦРУ оказали им помощь в этом решающем вмешательстве, которое изменило ход новейшей истории Великобритании.

Операции плаща и кинжала американского Центрального разведывательного управления составляют лишь малую часть всей его деятельности. Большая часть его двухмиллиардного бюджета и 80 тысяч личного состава предназначены для систематического сбора информации — мельчайших подробностей личного характера о десятках тысяч политических деятелей и сведений о политических организациях всех стран мира, включая Великобританию. И эти сведения, сосредоточенные в крупнейшей в мире информационно-картотечной системе в штаб-квартире ЦРУ в Лэнгли, используются не только для оказания помощи вашингтонской политической машине, но и для активного политического вмешательства за рубежом — формирования политики различных партий, выдвижения и низложения их лидеров, сталкивания одной внутренней фракции с другой и зачастую создания отколовшихся соперничающих партий, когда другая тактика не пригодна.

Одним из объектов ЦРУ после второй мировой войны была лейбористская партия Великобритании.

Лейбористская партия после окончания войны имела огромный авторитет. Как единственная массовая партия рабочего класса в Великобритании, она пользовалась поддержкой объединённого тред-юнионистского движения, значительно окрепшего в ходе войны, и только что добилась беспрецедентной победы на выборах. Старые социал-демократические партии Европы были разгромлены диктаторами, а в Америке от социалистического движения осталась лишь горстка сект, насчитывавших по нескольку сот членов. Лейбористская партия, бесспорно, являлась главой европейской социал-демократической семьи.

Но, когда закончилась эйфория, в ходе продолжительного сурового послевоенного периода начали возникать старые разногласия. Левые стремились к большим социалистическим преобразованиям и сближению с русскими, в то время как правые выступали против коммунизма, чтобы первенствовать в будущих внутренних реформах. И те, кто придерживался последней точки зрения, объединились вокруг журнала «Соушелист комментари», бывшего органа антимарксистских социалистов, бежавших в Великобританию из гитлеровской Германии. Журнал был реорганизован осенью 1947 года Энтони Крослендом, Алланом Флэндерсом и Ритой Хинден, тесно сотрудничавшими с эмигрантами как ведущими авторами. И «Соушелист комментари» превратился в рупор правого крыла лейбористской партии, выступавшего против левых, вроде Эньюрина Бивена, которых они объявляли опасными экстремистами. Кросленд, который закончил войну капитаном парашютного полка, был президентом дискуссионного общества Оксфордского университета, а годом позднее, в 1947 году, стал членом совета и преподавателем экономики Тринити-колледжа в Оксфорде. Флэндерс, бывший сотрудник совета тред-юнионов, стал учёным, специалистом по производственным отношениям и позднее вошёл в состав совета по ценам и доходам, созданного правительством Вильсона. Рита Хинден, научный сотрудник Лондонского университета, родом из Южной Африки, была секретарем «Фабианского колониального бюро», автономной секции Фабианского общества, которую она создала и которой руководила с начала 40-х годов. На этом посту она оказывала значительное влияние на министров и чиновников-лейбористов в министерстве колоний, поддерживая тесные связи со многими зарубежными политическими деятелями.

Новый журнал «Соушелист комментари» сразу принялся предупреждать британское лейбористское движение о растущей угрозе международного коммунизма, в частности в заметке, озаглавленной «Комминформизм», написанной Флэндерсом во время пребывания в Соединённых Штатах, где он изучал американское профсоюзное движение. Американские связи журнала были расширены его корреспондентом в США Уильямом Гаусманом, который вскоре поступил на американскую государственную службу, где вырос до ответственного за пропаганду США в Северном Вьетнаме. Умеренную позицию, занятую Крослендом, Флэндерсом и Хинден, поддержал Дэвид Уильямс, лондонский корреспондент обскурантского нью-йоркского еженедельника «Нью лидер», специализировавшегося на антикоммунизме. Уильямс сделал это своим бизнесом, вступив в британскую лейбористскую партию и став активным членом Фабианского общества.

Глубокий интерес американцев к социализму по другую сторону Атлантики не был чем-то новым. Во время войны американские профсоюзы собрали крупные суммы для выкупа европейских рабочих лидеров у нацистов, и это привело их к тесным связям с американской военной разведкой, в частности с Управлением стратегических служб (УСС), шефом которого в Швейцарии и Германии с 1942 по 1945 год был Аллен Даллес, позднее ставший известным главой ЦРУ в период его расцвета.

Главным представителем профсоюзов в этих тайных операциях был Джей Лавстоун, незаурядный функционер, долгое время тайно работавший на американцев. При наступлении армий союзников за солдатами шли люди Лавстоуна в качестве политических комиссаров, стараясь сделать так, чтобы освобожденные рабочие были обеспечены профсоюзами и политическими лидерами, приемлемыми для Вашингтона, — многие из этих лидеров были эмигрантами из группы «Соушелист комментари». Во Франции, Германии, Италии и Австрии комиссары оказывали щедрую финансовую и материальную помощь умеренным социалистам, которые могли бы вырвать жало у левых политических движений. Получавшие эту помощь дожили в европейской политике до сегодняшнего дня.

В Америке «Нью лидер» стал одним из центров такой деятельности. Он организовал еженедельные собрания профессиональных антикоммунистов из профсоюзов, университетов, государственных служащих как в США, так и за рубежом. Журнал имел относительно большой оплачиваемый штат и сеть зарубежных постоянных и разъездных корреспондентов во всём мире. Вдохновителем журнала в качестве исполнительного редактора и управляющего был Сол Левитас, русский эмигрант, который работал с Троцким и Бухариным в период русской революции 1917 года и перебрался в США в 1923 году, принеся с собой пожизненную ненависть к большевизму. Среди «парней» Левитаса, как он любил называть их, были Мелвин Ласки, бывший троцкист из нью-йоркского колледжа, вошедший в штат сотрудников в 1941 году; Дэниел Белл, бывший ответственный секретарь журнала «Нью лидер», а сейчас профессор Колумбийского университета, и Ирвинг Браун, проводник идей Лавстоуна в европейских профсоюзах.

«Нью лидер» объявил себя независимым, но в 1941 году поместил статью Аллена Даллеса в защиту создания «комиссии по вопросам внутренней безопасности» для исследования подрывных влияний в США и «использования демократических институтов для их уничтожения». В свете работы Даллеса, помогавшего Белому дому в реорганизации УСС в Центральное разведывательное управление, это было подобно тому, как если бы глава МИ-5 написал для «Нью стейтсмен». И в то же время, хотя «Нью лидер» обращался с отчаянными призывами о помощи для покрытия 40 тысяч долларов долга, с апреля 1950 года он начал выходить как новое издание, такое же роскошное, как журнал «Тайм».

Значение этого драматически возрожденного издания для британской и европейских рабочих партий заключалось в том, что журнал теперь начал открыто проповедовать проникновение в иностранные социалистические партии, повторяя аргументы Джеймса Бёрнхэма, который в своей книге «Грядущее поражение коммунизма» предлагал, чтобы «западный мир, ведомый Соединёнными Штатами, перешёл в наступление, применяя те же методы, открытые и тайные, которые так широко используются Кремлём». Аллан Флэндерс поместил статью в журнале о британском лейбористском движении, а в 1954 году Денис Хили, депутат лейбористов в парламенте с 1952 года, стал лондонским корреспондентом журнала «Нью лидер».

Американская стратегия «холодной войны», как предлагали Бёрнхэм и «Нью лидер», вылилась теперь в финансирование организаций прикрытия во всём мире, а в июне 1950 года видные творческие деятели «свободного мира», собравшиеся в театре «Титания палас» в американской зоне Берлина перед четырёхтысячной аудиторией, провозгласили образование Конгресса за культурную свободу (ККС) — организации, целью которой было «защитить свободу и демократию против новой тирании, охватывающей мир». Не случайно главным организатором и председателем конгресса был Мелвин Ласки, которого в 1948 году журнал «Нью лидер» «одолжил» высшему командованию США в Берлине, где он основал преуспевающий литературный журнал «Монат» с одобрения генерала Люсиеса Клея, главы военной администрации США в Западной Германии. Не случайно также, что постоянный секретариат ККС возглавил сотрудник американского военного командования Майкл Джоссельсон, который ведал финансированием этой обширной организации.

Конгресс, казалось, располагал неограниченными средствами, которые, говорят, поступали от союза Лавстоуна в Америке. Как стало известно, ККС вскоре начал организовывать политические семинары и студенческие обмены, публиковать во всём мире литературу в поддержку новых молодёжных организаций, неожиданно появившихся для борьбы с коммунистами, особенно международной студенческой конференции в Лейдене, в Нидерландах.

В 1953 году Конгресс за культурную свободу основал «Энкаунтер» — ежемесячный журнал на английском языке под редакцией Ирвинга Кристоля, другого протеже Левитаса из журнала «Нью лидер» и бывшего соратника Лавстоуна. Журнал сразу приобрёл успех, и вскоре мелкий ряд изданий на различных языках выстроился в стойле ККС, а «Энкаунтер» стал одним из самых влиятельных журналов либерального направления на Западе.

По мере роста сети ККС она охватывала много видных фигур британской лейбористской партии, и среди них был Энтони Кросленд, начавший посещать семинары ККС, где он встретил Дэниела Белла, который в то время переходил от журналистских антикоммунистических выпадов в журнале «Нью лидер» к академической респектабельности. Идеи Белла позднее были суммированы в его книге «Конец идеологии» и легли в основу нового политического тезиса, изложенного в более крупной работе Кросленда, которая вышла в 1956 году под заглавием «Будущее социализма». На эту книгу оказали также влияние аргументы, выдвинутые на конференции Конгресса за свободу культуры, проводившейся за год до этого в Милане, где в число главных участников входили Хью Гейтскелл, Денис Хили и Рита Хинден, а также Дэниел Белл и целый ряд американских и европейских политиков и учёных.

Попросту говоря, Белл и его коллеги доказывали, что растущее благосостояние радикальным образом изменило рабочий класс Европы и Великобритании, который теперь практически неотличим от среднего класса, и поэтому теория классовой борьбы Маркса больше не пригодна. Дальнейший политический прогресс, заключали они, будет основан на постепенном преобразовании капитализма и установлении равенства и общественного благополучия в результате постоянного экономического роста.

Книга Кросленда, хотя и не оригинальная по содержанию, была важным событием. Более чем на 500 страницах в ней излагалась давняя вера нового лидера лейбористов Хью Гейтскелла в академическую респектабельность американской политической науки, и книга сразу была признана евангелием партийного руководства. Однако рядовые члены партии продолжали придерживаться своего обывательского стихийного социализма, и явное предпочтение Гейтскелла узкому кружку культурных интеллектуалов и иностранных визитёров, которые собирались в его доме на Фрогнал гарденс, в Хэмпстеде, оттолкнуло верных членов партии и обострило междоусобные ссоры, что привело к поражению лейбористов на выборах 1959 года.

В 1957 году Мелвин Ласки возглавил редакцию журнала «Энкаунтер», завладевшего к тому времени умами западной интеллигенции благодаря своему престижу и высоким гонорарам, которые мог выплачивать. Ласки был доверенным членом кружка Гейтскелла, и его часто можно было видеть на вечерах в Хэмпстеде, а Гейтскелл стал регулярно сотрудничать в журнале «Нью лидер». Сол Левитас заглядывал к нему домой во время своих периодических поездок для встречи с руководящими деятелями мира и посещения КСК в Париже.

Кроме того, именно в 50-е годы Энтони Кросленд, Рита Хинден и другие члены группы «Соушелист комментари» одобрили положение, упорно отстаиваемое журналом «Нью лидер», что сильная объединённая Европа — это главное для защиты Атлантического союза от нападения русских, а европейское и атлантическое единство стали синонимами в официальной идеологии, когда Гейтскелл и его друзья пришли к руководству партией. К тому же они получили поддержку из-за океана, от нью-йоркской группы, называвшейся «Американский комитет за объединённую Европу», чьё руководство, открыто рекламируемое в «Нью-Йорк таймс», включало генерала Донована — главу УСС в период войны, Джорджа Маршалла — государственного секретаря США, генерала Люсиеса Клея и Аллена Даллеса из ЦРУ.

Эта могущественная, располагающая крупными средствами влиятельная группа, чьим главным тезисом было — «Объединённая Европа сможет защитить американские интересы против России», — финансировала в Европе так называемое Европейское движение, вдохновителем которого был друг Хью Гейтскелла Юзеф Ретинджер, пожилой польский «Джеймс Бонд», который после профессиональной карьеры в качестве «серого кардинала» нашёл приют при голландском дворе под покровительством принца Бернхарда.

Ретинджер, помимо того, тайно убедил Шепарда Стоуна из американского высшего командования в Германии финансировать его Европейское движение из так называемых эквивалентных фондов — возмещённых сумм по «плану Маршалла», которые американцы вкладывали в банки в Европе. Позже он организовал встречи избранных европейских и американских политических деятелей, бизнесменов, представителей аристократии, высокопоставленных общественных деятелей и военных для пропаганды идей атлантического и европейского единства. Приглашения на эти встречи «группы Бельдерберга», именовавшейся так по названию голландского отеля, где проходило первое собрание в 1954 году, посылались лично принцем Бернхардом по рекомендации Ретинджера. Мало кто из получивших приглашение на карточке с выгравированным гербом Королевства Нидерландов отказывался от того, чтобы провести три-четыре дня в культурных беседах с деятелями мирового масштаба в роскошной местности и, конечно, не отказались ни Хью Гейтскелл, ни Денис Хили, которые являлись основателями группы вместе с такими личностями, как президент «Юнилевер» и сэр Роберт Бутби.

Хили был руководителем международного отдела профсоюза транспортных и неквалифицированных рабочих до избрания в парламент в 1951 году. Он являлся убеждённым сторонником Атлантического союза и распространял эту идею через «Соушелист комментарии и «Нью лидер», для которых написал около восьмидесяти статей, прежде чем войти в лейбористское правительство в качестве министра обороны в 1964 году.

В то время как верхушка развлекалась с принцем Бернхардом, Конгресс за свободу культуры устанавливал прочные связи с восходящим лидером в британской лейбористской партии Энтони Крослендом, который к этому времени был признан главным теоретиком партии. Он потерял своё место в Вестминстере на выборах 1955 года, но в последующие годы совершал регулярные поездки в Париж для планирования международных семинаров КСК с Мелвином Ласки и Майклом Джоссельсоном под руководством Дэниела Белла. Майкл Джоссельсон, который в 1967 году признал, что в течение семнадцати лет передавал деньги ЦРУ в КСК, описал нам роль Кросленда в тот период. В задачу Кросленда, говорит он, входило «побуждать сочувствующих людей», к участию в семинарах, организуемых конгрессом по всему миру. Хью Гейтскелл ездил на мероприятия конгресса в Милан в 1955 году, в Дели в 1957 году, на остров Родос в 1958 году и в Берлин в 1962 году. Сам Кросленд посетил Вену в 1958 году, Берлин в 1960 году, Австралию и Японию в 1964 году во время турне, организованного конгрессом.

В то время он был членом Международного совета КСК, проработав почти десять лет над перестройкой европейского социализма по образцу американской демократической партии — делом, ради которого КСК финансировал систематические конгрессы, семинары и частные собрания для ведущих социалистов всей Европы. Эти мероприятия поддерживались громкой рекламой журналов «Энкаунтер», «Прёв», «Монат» и другими журналами КСК, чьё влияние ещё больше расширилось вследствие соглашений с «Соушелист комментари» о взаимной публикации брошюр и статей.

Рита Хинден стала к тому времени редактором «Соушелист комментари» и играла роль, подобную роли Кросленда, привлекая к участию в семинарах конгресса деятелей из стран Африки. Майкл Джоссельсон характеризует её как хорошего друга. «Мы полностью полагались на её советы в нащих африканских делах», — говорит он. На средства КСК после суэцкого кризиса она также совершила поездки в Индию и Японию, утверждая в своих выступлениях, что традиционный социализм неприемлем в современном капиталистическом обществе, где существует полная занятость.

В этом заключалась суть дела. В программах многих европейских социалистических партий ещё оставались старые марксистские положения, что смущало их лидеров. Ярким примером была британская лейбористская партия, раздел IV программы которой — «Общественная собственность на средства производства, распределения и обмена» — звучал для некоторых как выдержка из «Коммунистического манифеста». Доказательством его неприемлемости, казалось, послужили всеобщие выборы 1959 года, после которых Энтони Кросленд вернул себе кресло в Вестминстере, но которые явились катастрофическим поражением для лейбористской партии.

Спустя день после поражения Рой Дженкинс, Энтони Кросленд и Дуглас Джей в составе небольшой группы встретились с Гейтскеллом в его доме. Они решили, что пришло время для лейбористов отбросить свои старые обязательства и избавиться от «матерчатой кепки» — символа принадлежности к рабочему классу, ставшего обязательным аксессуаром избирательной кампании.

Дуглас Джей тут же написал известную статью, которая появилась на следующей неделе в «Форварде», призывая исключить раздел IV и сменить название лейбористской партии. В начале 1960 года «Соушелист комментари» поручил исследовательской фирме Марка Эбрама «Рисёрч сервисез» подготовить обзор партийной деятельности по теме «Почему лейбористы проиграли». Результаты были опубликованы в номерах журнала с мая по август и подтвердили тезис Гейтскелла о том, что виной была национализация. Это исследование Эбрама было отвергнуто исполкомом лейбористской партии перед выборами 1959 года как весьма дорогостоящее. Но теперь «Соушелист комментари» нашёл деньги для его оплаты, а в феврале 1960 года Уильям Роджерс, генеральный секретарь Фабианского общества с 1953 года, организовал письмо в поддержку Гейтскелла, подписанное пятнадцатью молодыми кандидатами при выборах в палату общин. Вскоре после этого был создан руководящий комитет во главе с Роджерсом. В него вошли некоторые из подписавших письмо Гейтскеллу наряду с Энтони Крослендом, Роем Дженкинсом, Патриком Гордоном Уолкером, Дугласом Джеем, а также ряд членов партии из Оксфорда и симпатизирующих журналистов. Эта группа начала работу над манифестом, чтобы использовать его в случае поражения Гейтскелла в дебатах на партийной конференции. Так и случилось осенью 1960 года, когда кампания за ядерное разоружение одержала победу, заставив лейбористскую партию принять нейтралистскую программу.

Таким образом, в октябре 1960 года Роджерс и его друзья распространили свой манифест тиражом 25 тысяч экземпляров с широким освещением его в прессе. Призывая к «победе здравомыслия» — злая насмешка над их старыми врагами (группой за победу социализма), — они обращались к членам партии с призывом пойти за Гейтскеллом, а его конференцию назвать «Бороться, бороться и снова бороться». Они также выпустили обращение о финансовой поддержке для продолжения кампании, и в середине ноября Роджерс сообщил руководящему комитету, что было получено много небольших пожертвований вместе с крупной суммой от источника, который пожелал остаться неизвестным.

Неожиданная удача Роджерса позволила группе приобрести постоянное помещение и назначить оплачиваемый персонал. Было выбрано название — «Кампания за демократический социализм» (КДС) — и создан исполнительный комитет из шести членов во главе с Роджерсом в качестве полностью оплачиваемого председателя. Комитету было сообщено, что имеющихся фондов достаточно для осуществления деятельности в течение года, и таким обравом КДС получила преимущество над своими противниками, которые, несмотря на широкую поддержку в лейбористских кругах и тред-юнионах, не сумели собрать больше нескольких сот фунтов стерлингов на следующий год и должны были полностью полагаться на добровольцев. В распоряжении КДС имелись работники в избирательских округах и союзах, которым она оплачивала дорожные расходы, обильно снабжала литературой, оказывала организационную помощь. Регулярно выпускала бюллетень «Кампания» и бесплатно рассылала по почте участникам движения. И всё это делалось без единого платного подписчика из числа членов движения.

КДС достигла своих целей. Союзы дрогнули под нажимом, и лейбористская партия вернулась в атлантический загон на партийной конференции в 1961 году после кампании самой эффективной, влиятельной группы, которую партия когда-либо видела. Роджерс был её движущей силой. С гарантированным финансовым обеспечением он создал организацию, чьё влияние далеко выходило за рамки первоначальной поддержки среди членов партии. Кто бы ни вложил деньги, он мог смело заявить, что в 60-х годах изменил ход истории лейбористской партии в Великобритании.

Значение КДС не пропало после того, как она вернула лейбористскую партию к приверженности НАТО. Её сторонники почувствовали себя преданными, когда Хью Гейтскелл на Брайтонской конференции в 1962 году ослабил свою поддержку вступлению в «Общий рынок». В 1962 году на Брайтонской конференции, стоя в конце зала, Роджерс повернулся к заведующему отделом печати партии Джону Харрису — позднее сотруднику Роя Дженкинса по информации — и сказал: «Я порвал с этим человеком, Джон». Энтони Кросленд к тому же поддержал компромисс Гейтскелла и, таким образом, тоже потерял опору среди горячих сторонников «Общего рынка», которые с этого времени сплотились вокруг Роя Дженкинса.

Главное значение всех этих разногласий состояло в том, что они помогли Гарольду Вильсону захватить лидерство после смерти Гейтскелла. Видя, что парламентская партия создана по модели Гейтскелла и её политика твёрдо уходит корнями в книгу Кросленда «Будущее социализма», Вильсон не пытался изменить принципы, которые легли в основу программы следующего лейбористского правительства.

В течение послевоенного периода партийный аппарат, особенно международный отдел, руководителем которого до избрания в парламент в 1951 году был Денис Хили, прочно оставался в руках ортодоксально мыслящих людей. Потом, в 1965 году, его прежний пост занял Дж. Гвин Морган, представитель нового поколения партийных и профсоюзных функционеров. Его карьера начиналась в Национальном союзе студентов, председателем которого он был избран в 1960 году по антикоммунистическому списку. Как президент, он ведал международными вопросами, представляя НСС на Международной студенческой конференции (МСК) в Лейдене. Оставив НСС в 1962 году, стал помощником генерального секретаря МСК по финансовым вопросам. В этом качестве он вёл переговоры с американскими благотворительными фондами, которые обеспечивали основу бюджета МСК, и контролировал расходование нескольких миллионов долларов, выделенных на пропаганду в мировых масштабах и организационные мероприятия. В 1964 году он стал генеральным секретарем МСК.

За пять лет деятельности в этой организации он посетил свыше восьмидесяти различных стран и установил личные знакомства со многими главами правительств и лидерами главных социал-демократических партий мира. Ярый приверженец европейского единства и активный сторонник Роя Дженкинса, он оказался подходящим кандидатом для занятия вакантного места главы иностранного отдела лейбористской партии в начале 1965 года. Через два года Морган был выдвинут на вновь созданный пост помощника генерального секретаря лейбористской партии с расчётом, что он займёт высший пост после ухода в отставку Гарри Николаса.

Но в начале 1967 года американский журнал «Рэмпартс» сообщил, что в 50-х годах Национальная студенческая ассоциация Америки получала при молчаливом согласии её выборных руководителей крупные дотации от ЦРУ через фиктивные фонды и что одним из них являлся фонд молодёжных студенческих дел, который обеспечивал большую часть бюджета МСК. Выяснилось, что Международная студенческая конференция была создана британской и американской разведками в 1950 году для противодействия коммунистическому мирному наступлепию, что ЦРУ контролировало свыше 90 процентов её финансов. Конгресс за свободу культуры также был скомпрометирован. Майкл Джоссельсон признал, что он направлял деньги ЦРУ в эту организацию с самого её основания; в последнее время — около миллиона долларов в год — на поддержку примерно 20 журналов и широкой международной программы политической и культурной деятельности.

Говоря о Соле Левитасе после его смерти в 1961 году, редактор журнала «Нью лидер» Уильям Бом писал: «Самой удивительной стороной этого журналистского чуда был его талант добывать средства, необходимые для поддержания кредитоспособности нашего издания из недели в неделю, из года в год. Я не могу объяснить, как достигалось это чудо... Мы всегда работали в условиях полной обеспеченности. Мы знали, что необходимые средства будут откуда-то поступать и что наши чеки будут оплачены».

«Чудо» было раскрыто в «Нью-Йорк таймс»: Американская рабочая конференция по международным делам, которая управляла журналом «Нью лидер», в течение многих лет получала субсидии от фонда Каплана, являвшегося посредником ЦРУ.

ЦРУ приняло уроки, преподанные в начале 50-х годов Бернхэмом и журналом «Нью лидер», близко к сердцу. Со своей армией бывших коммунистов и послушных социалистов оно одно время побеждало коммунистов в их собственной игре, но, к несчастью, оно не знало, когда остановиться, и теперь всей структуре угрожал крах. Полагаясь на поддержку управления, Томас Брейден, ответственный за внедрение в частные организации и исполнительный директор Американского комитета за объединённую Европу, объяснил, что Ирвинг Браун и Лавстоун провели большую работу по очистке профсоюзов в послевоенной Европе. Когда они остались без денег, заявил Брейден, он убедил Даллеса поддержать их, и с этого началось быстрое распространение операций во всём мире.

Другой бывший сотрудник ЦРУ, Ричард Биссел, который организовал вторжение в заливе Кочинос, разъяснил позицию управления в отношении иностранных политических деятелей: «Только хорошо зная главных игроков, можно правильно предвидеть события. Имеются реальные возможности для действий в этой области: основным методом является «проникновение»... Во многих случаях «проникновение» принимает форму не вербовки, а установления дружеских отношений, которые могут подкрепляться периодическим вручением денег. В некоторых странах представитель ЦРУ выступает в качестве близкого советника... главы государства».

После этих разоблачений КСК сменил своё название и превратился в Международную ассоциацию за свободу культуры. Майкл Джоссельсон подал в отставку, но был оставлен в качестве консультанта, а фонд Форда согласился оплатить счета. Директором новой ассоциации стал Шепард Стоун — организатор группы Бильдерберга, который в начале 50-х годов обеспечивал передачу денег правительства США Юзефу Ретинджеру на создание Европейского движения и позднее стал международным директором фонда Форда.

Когда Рита Хинден после двадцати лет работы редактором «Соушелист комментари» в конце 1974 года умерла, Джордж Томсон — один из столпов КСК, который недавно ушёл в отставку с передней скамьи лейбористов вместе с Роем Дженкинсом, — отметил её важную роль в преобразовании лейбористской партии. В 50-х годах, сказал он, её идеи были встречены громкими криками «Ревизионизм!». Но к середине 60-х ревизионизм «Соушелист комментари» превратился в ортодоксальность лейбористского движения. Комментарий Дениса Хили также был показательным. «Только Сол Левитас из американского журнала «Нью лидер», — говорил он, — имел такую же способность осуществлять широкое политическое влияние при ничтожных материальных средствах. Очевидно, он не был в «Компаниз хаус», чьи учётные книги показывают, что в последние годы «Соушелист комментари» получил свыше 75 тысяч фунтов стерлингов».

С помощью своей сети подставных организаций, журналов и субсидий ЦРУ в конце 50 — начале 60-х годов оказало решающее влияние на социализм во всей Западной Европе, и в Великобритании особенно, но гейтскеллизм, который ЦРУ поддерживало, теперь отступает. Лейбористские лидеры, строившие свою карьеру в полном неведении на семинарах Конгресса за свободу культуры и на статьях журналов «Энкаунтер» и «Нью лидер», а не в секциях тред-юнионов или на трибунах конференций, чувствуют теперь отсутствие массовой базы внутри партии.

Атакованный Гейтскеллом на партийной конференции лейбористов в 1960 году как попутчик, Майкл Фут отпарировал: «Но кто те, с кем нам по пути?» И этот вопрос получил отклик среди других членов партии. Руководителям крупнейших мировых капиталистических организаций, монархистам, бывшим нацистам, военачальникам американской и германской армий, европейским кронпринцам и сотрудникам ЦРУ действительно кажется странным быть спутниками социалистов.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Иоханнес Рогалла фон Биберштайн.
Миф о заговоре. Философы, масоны, евреи, либералы и социалисты в роли заговорщиков.

Луис Мигель, Мартинес Отеро.
Иллюминаты. Ловушка и заговор

Эндрю Росс Соркин.
Слишком большие, чтобы рухнуть
e-mail: historylib@yandex.ru
X