Эта книга находится в разделах

Реклама

Уилер Мортимер.   Древний Индостан. Раннеиндийская цивилизация

Глава 4. Орудия каменного века (продолжение)

Основные культуры производства, описанные в предыдущей главе, зародились около 400 тысяч лет назад и прекратили свое существование, если так можно сказать о сложном и длительном процессе, около 100 тысяч, а где-то и 50 тысяч лет назад, причем в некоторых регионах, таких, как Южная Африка, они просуществовали до относительно недавнего времени. До сих пор у нас не было оснований считать, что между производством чопперов и рубил существовала четкая последовательность и что эта последовательность генетически обусловлена. Возможно, с аналогичной проблемой мы столкнемся и при дальнейшем рассмотрении. Пример Африки показывает, как много может сделать одно поколение археологов, и Индия сейчас готовится следовать этому примеру.

На сегодняшний день ситуация остается весьма неясной, и ее существо можно определить двумя основными вопросами. Во-первых, можно ли вообще говорить о четко определенной фазе верхнего палеолита в Индии, как, впрочем, и в Африке и Европе? И во-вторых, встречаем ли мы в Индии или где бы то ни было в мире ясно очерченную фазу мезолита – периода, отделяющего палеолит от неолита, если вообще можно говорить о неолите, как таковом? В этом вопросе заложена проблема микролитической культуры производства, то есть культура производства орудий из небольших камней, образцы которой в изобилии встречаются по всей Южной Азии и которые в то же время с трудом поддаются какой-либо классификации.

Начнем с верхнего палеолита. Как уже отмечалось, позднесоанские орудия, обнаруженные в Северной Индии, представляют собой орудия на отщепах высокого качества, причем рубила практически не встречались. Они могут соответствовать верхнему палеолиту, но этот вопрос требует дополнительного изучения; например, качество орудий, найденных на четвертой террасе реки Соан, так точно и не определено, а на местонахождениях на реке Сил (приток Соана) в окрестностях Пиндигхеб и Дхок-Пхатана, где практически на поверхности были обнаружены небольшие отщепы и галечные орудия, не был проведен стратиграфический анализ. Как и отщепы, обнаруженные галечные орудия меньше по размеру, чем обычные соанские орудия, и среди них встречается новый вид, похожий на шило, выполненное посредством двусторонней обработки небольшого голыша, в результате чего образовался заостренный наконечник. Сопутствующие отщепы напоминают позднесоанские; многие с ретушью, а один представляет собой тщательно выполненный скребок. Фасетированная ударная площадка встречается редко. «Возраст этих изделий, – добавляет Патерсон, – трудно с точностью определить, но по типологическим признакам и степени изношенности можно утверждать, что это орудие довольно позднего периода, как минимум относящееся к раннему соану, а возможно, и ко времени четвертого обледенения Гималаев». В долине реки Джелам в Кашмире Де Терра и Патерсон обнаружили «множество обработанных человеком камней, среди которых встречались отщепы и нуклеусы, относящиеся к палеолитическим культурам производства, включая левалуа; однако везде было установлено, что отщепы принадлежат к слоям, содержащим остатки керамики и относящимся к неолиту или началу нашей эры».

Нельзя сказать, что вышесказанное приближает нас к решению проблемы, как и уже упоминавшиеся местонахождения чопперов и рубил, обнаруженных на трех террасах рек Биас и Банганги. Однако в Центральной Индии картина несколько проясняется. В предыдущей главе мы уже обращали внимание на замечательную находку Санкалиа, который обнаружил местонахождение дисковидных орудий и пластин в верхнем галечном слое реки Правары, притока Годавари. Орудия этого типа находятся поверх большинства ашельских рубил, которые, если данные правильно обработаны, сконцентрированы в первом галечном слое – самом раннем по геологической шкале[62]. Их трудно отнести к какой-то уже известной категории и, до окончательного прояснения, можно временно охарактеризовать как «верхнеправарские». Выполнены они из агата, кремнистого известняка, халцедона и яшмы; основные формы – различные разновидности скребел, скребков, пластин и нуклеусов. Некоторые нуклеусы можно отнести к клектонской технике изготовления, некоторые, наоборот, выполнены путем отжима и имеют волнистое неоформленное лезвие. Среди пластин экземпляр в 2,5 сантиметра в длину с необработанной спинкой и ретушью на рабочем крае, при более тщательной обработке превращающийся в скребок; также встречаются полукруглые скребки, скребки с ретушью и скребки из пластин, говорящие о высокой технике изготовления. Многие отщепы напоминают левалуа, имеют фасетированную ударную площадку и ретушь на нижней части. Два-три заостренных орудия можно отнести к резцам, редко встречающимся в Индии.


Рис. 12. Орудия из группы 2, найденные в Невасе, в долине р. Правары: 1 – резец из кремнистого известняка; 2 – двойной резец из кремнистого известняка; 3 – остроконечник из агата; 4 – остроконечник из халцедона; 5 – остроконечник из кварцита; 6 – отщеп с острием из кремнистого известняка; 7 – отщеп с острием из халцедона; 8 – отщеп в форме листа из кремнистого известняка; 9 – скребло из кремнистого известняка; 10 – шило из халцедона


Микролиты встречаются в слое ила, покрывающего слой, где вообще нет никаких орудий; но в целом «верхнеправарская» группа орудий не может быть отнесена к микролитам; она скорее напоминает более раннюю группу орудий, обнаруженных в Кении, и называемую по месту их обнаружения «капсийской»[63]. Следует провести большую дополнительную работу, чтобы найти материал, позволяющий четко вычленить и охарактеризовать фазу верхнего палеолита в Индии.

Местонахождение, возможно имеющее отношение к верхнему палеолиту, было обнаружено К. Тоддом в слое глины и галечника в Кхандивли, в 35 километрах от Бомбея, хотя проделанная им работа требует дополнительного изучения и продолжения. В нижнем по геологической шкале слое синевато-коричневой глины, покрывающем скальную породу, толщиной от 7 до 125 сантиметров, были обнаружены грубые орудия и отщепы, напоминающие клектонские, но, скорее всего, не всегда принадлежащие к одной культуре производства. В целом их можно отнести к досоанским орудиям. На поверхности нижнего глиняного слоя были обнаружены орудия другого типа, состоящие из скребков, нуклеусов и чопперов, некоторые из них находились в неизношенном состоянии, а также топоровидные орудия, напоминающие ранние рубила. Над нижним глиняным слоем, в слое галечника толщиной 30 – 180 сантиметров, обнаружены многочисленные образцы аббевильских и клектонских орудий различной степени изношенности. В верхней части слоя галечника обнаружены клектонские отщепы и ашельские рубила в рабочем состоянии, а также отщепы, которые трудно отнести к какой-то категории, но, скорее всего, относящиеся к ашельской культуре производства. Но это пока поверхностная оценка. Необходим стратиграфический анализ слоев и точное подтверждение последовательности их залегания.

Над нижним слоем галечника находился новый – средний – слой глины и песчаный слой, отражавший образование латерита в верхнем слое галечника. В этих слоях орудий не было, но над ними, прямо на их поверхности, была представлена культура производства пластин и орудий из пластин, в том числе нуклеусы, пластины и скребки, а также ряд маленьких рубил, на отщепах. В верхнем галечном слое, лежащем поверх среднего слоя глины, толщиной от 90 сантиметров, и были найдены следы производства пластин и резцов, а также небольшие кучи обломков отщепов из сланца, использовавшихся при изготовлении орудий. В самом верхнем слое глины толщиной 45 сантиметров обнаружены наиболее совершенно выполненные резцы и пластины, в том числе многогранный резец, резец на углу сломанной пластины и один резец в форме клюва попугая. На поверхности слоя и над ним расположены отчетливо выраженные микролиты.

Нижний и средний слои глины, о которых здесь идет речь, могли сформироваться в периоды обильных дождей, а галечные слои – в засушливые периоды[64]. Однако на сегодняшний день можно делать лишь предположения относительно связи аллювиальных периодов с оледенениями в Гималаях. Возможно, нижний глинистый слой соответствует предпоследнему оледенению, и в таком случае он может быть соотнесен с соанско-аббевильскими орудиями, в то время как средний – последнему оледенению, с которым тогда можно соотнести производство пластин, резцов и скребков позднепалеолитического типа. Но это все даже не предположение – просто мысли вслух.

В Южной Индии к верхнему палеолиту можно отнести орудия третьей группы, согласно классификации Каммиада – Баркитта. В Нандиканаме, к северу от Мадраса, в слое красной глины и аллювия, «запечатанном» сверху красным песчаником, были найдены пластины в форме ножей, тщательно оббитые книзу с обеих сторон, а также скребки из нуклеусов и резцы, в основном полукруглой формы; причем оба эти слоя находятся над слоями галечника, в которых найдены орудия первой и второй группы. В третьей группе среди прочих встречаются небольшие орудия в форме полумесяца, которые характерны для микролитов, причем можно сказать, что орудия этой группы не могут быть классифицированы как идущие непосредственно за орудиями первой и второй группы, поскольку между ними существует довольно существенный временной интервал. Орудия третьей группы больше напоминают группу «капсийских» орудий из Кении; согласно радиоуглеродному анализу, обнаруженные в Кении группы орудий датируются 6500-м и 5000 гг. до н. э., и, если же аналогично будет установлена датировка индийских орудий, это будет ясно свидетельствовать о временном разрыве и, возможно, отсутствии прямой генетической связи между второй и третьей группами каменных орудий.


Рис. 13. Орудия из группы 2, найденные в Невасе, в долине р. Правары: 1 – дисковидное орудие из кремнистого известняка; 2 – отщеп с подготовленной ударной площадкой из халцедона; 3 – 5 – пластины из халцедона с затупленной спинкой и частично ретушированной нижней частью; 6 – скребло с «чешуйками» из кремнистого известняка; 7 – 8 – скребла из халцедона; 9 – 10 – дисковидные орудия из халцедона


Короче говоря, верхнеправарские орудия, а возможно, и орудия, найденные в Кхандивли, являются на сегодняшний день единственным промежуточным звеном между ашельско-левалуазскими группами конца среднего плейстоцена и более совершенными микролитическими орудиями, к рассмотрению которых мы и переходим.

Развитие и распространение культуры производства орудий из мелких камней (микролитической) в Европе, Африке, Западной Азии, так же как до этого рубил, является примером широкого взаимодействия и взаимозависимости между всеми сферами человеческой деятельности в мире. Высокая степень специализации этого производства и отсутствие его точной датировки говорит о том, что причиной его распространения могла быть взаимосвязь различных культур; но для лучшего понимания этого явления требуется как углубленное изучение уже имеющегося материала, так и поступление нового. Существуют некоторые подтверждения точки зрения, согласно которой, подобно культурным связям между Аравийским полуостровом и зоной Сахары, могли существовать связи между Северной Африкой и Западной Азией, с одной стороны, и Индией – с другой.

Во многих местах Индии, в частности на берегах Нармады, можно найти множество микролитов или их остатки. Выполненные из халцедона, агата и других полудрагоценных камней, они сразу бросаются в глаза и вызывают естественное любопытство. Попадаются как фрагменты орудий, например зазубренный наконечник стрелы, так и то, что можно назвать «отходами производства».

Большинство микролитов, как в Индии, так и в Африке, были сделаны на основе сегментов – отщепов в форме полумесяца, 2 – 4 сантиметра длиной, и использовались в качестве вкладышей, то есть рабочих краев костяных и деревянных орудий. Скошенные сегменты использовались в качестве наконечников стрел с поперечным лезвием. Трапеции встречаются не часто; острия, схожие с резцами Северной Африки и Западной Европы, попадаются лишь в виде исключения – этот тип орудий в Индии представлен проколками. Треугольники естественно переходят в изделия угольной формы и не должны выделяться в отдельную категорию. Дискообразные скребки не редки, но они не являются типичными для индийских микролитов. В целом можно сказать, что микролиты в Индии изучены недостаточно, исключая виды, аналоги которых встречаются в Африке, Палестине и Европе. Попытки подразделения их на образцы «геометрической» и «негеометрической» формы являются шагом в правильном направлении, но представляются преждевременными с учетом недостаточности имеющегося на сегодня археологического материала, который, как и в любой другой части мира, представлен главным образом фрагментами отщепов, являющимися просто отходами производства.

Местонахождения микролитов обнаружены в Индии в основном в центральных и южных районах, а также в районах западного побережья, прилегающих к низовью Инда. Они почти не обнаружены в Пенджабе и на северных равнинах – то ли ввиду малой их исследованности, то ли потому, что возможные местонахождения были погребены под слоями песка в засушливые периоды. Это еще предстоит выяснить. Также вызывает сомнение кажущееся отсутствие микролитов на северо-востоке – в Западном Бенгале, Ориссе и Ассаме. Правда, в пользу их действительного отсутствия говорит тот факт, что во всей Юго-Восточной Азии не было обнаружено ничего, что могло бы сравниться с образцами микролитического производства в Южной Индии.


Рис. 14. Местонахождения культуры каменного топора и микролитических культур


В настоящее время нет ясности относительно датировки микролитических производств в Индии. Условно их можно разделить на ранние, прямо не ассоциирующиеся с производством керамики, и поздние, ассоциирующиеся. Возможно, керамика и является последней надеждой и достоверной точкой отсчета. В последние годы в различных районах Азии были обнаружены очаги культуры позднего каменного века, где производство керамики отсутствовало: это Кила-Гул-Мохамед, в окрестностях Кветты в Белуджистане; Йармо в предгорьях Северного Ирана восточнее Тигра; Иерихон (Архо) в Иордании и, далее на запад, на Кипре. Местонахождение в Йармо датировано посредством радиоуглеродного метода в 4700 г. до н. э. Аналогичным способом полученная датировка Иерихона показывает, что докерамическая неолитическая культура процветала здесь как до, так и после 6000 г. до н. э., а упомянутый культурный очаг в Белуджистане – в 3350 г. до н. э. По большому счету можно утверждать, что до 4000 г. до н. э. полноценного керамического производства нигде не было в Индии, его не было до 3000 г. до н. э. Некоторые образцы керамики, найденные в Индии вместе с микролитами, относятся к бронзовому или даже железному веку, то есть явно находятся в пределах 1-го тысячелетия до н. э. По всей видимости, можно утверждать, что как на территории Декана, так и всего полуострова Индостан началом железного века является время не ранее V в. до н. э., в некоторых местах он наступил еще позже, став новым культурным периодом, следующим, согласно стратиграфии, непосредственно за культурами микролита и халколита[65].

Очень интересный материал о взаимодействии микролитов и керамики был представлен Санкалиа на основании исследования обнаруженного им местонахождения Лангхнадж в Гуджарате. Здесь, внутри древнего слоя песчаника на глубине 1,2 метра от поверхности, он обнаружил тонкий слой гумуса, образовавшийся во время влажного периода. Между гумусом и песчаником были обнаружены микролиты и черепки керамики, относящиеся к неолиту или к более позднему времени. Считалось, что в песчаном слое под гумусом керамики нет вообще, но во время тщательно проведенных раскопок в 1952-м и 1954 гг. были обнаружены мелкие черепки грубой необожженной керамики ручной лепки. Возможно, что эти мелкие черепки проникли из расположенного сверху слоя гумуса; если нет, было бы интересно выяснить, являются ли они остатками настоящих керамических изделий или глиняным корсетом для укрепления корзин, аналогичным обнаруженному в районе местонахождений «капсийских» каменных орудий в Кении. В слое гумуса были обнаружены самые различные микролиты (в основном встречались первичные отщепы), выполненные из кварца, яшмы и кремнистого известняка; были найдены обработанные с одной стороны пластины, предназначенные для помола. Под слоем гумуса обнаружены останки людей, захороненных в сильно скорченных позах, причем прослеживается их схожесть с современным человеком. Найдены и останки животных: оленей, антилопы нильгау, самца черной антилопы, быков, мангуста, свиньи, лошади, собаки или волка, черепахи и рыбы. Никаких следов домашних животных не обнаружено. Не факт, что найденные пластины для помола свидетельствуют о занятии земледелием; обрабатываться могли и растительные продукты дикой природы. Все свидетельствует о том, что основным занятием людей, живших в этом поселении, была охота. Следует также добавить, что под слоем, содержащим основную часть остатков орудий, была обнаружена плечевая кость носорога, использовавшаяся в качестве наковальни при производстве микролитов, о чем свидетельствуют найденные на ней восемь отметин искусственного происхождения.

В целом можно сказать, что это поселение располагалось на сухой песчаной почве; количество выпадавших осадков было умеренным. Жившие здесь люди производили пластиновидные орудия, в том числе при помощи дерева и кости. В качестве сырья использовались небольшие гальки, которые собирали на берегу Сабармати за 30 километров от поселения. В пищу использовали в основном продукты охоты с добавлением диких трав и растений. Керамика практически не встречалась, а если и встречалась, то в грубой, примитивной форме.

Производство каменных орудий давало очень большое количество отходов, поскольку сырье не поддавалось равномерной обработке[66]. Найденные многочисленные сломанные пополам пластины являются памятником человеческому усердию и терпению.

Из изделий чаще других встречаются пластины в форме полумесяца с притупленной спинкой. Попадающиеся выпуклые с одного конца образцы можно отнести к остроконечникам – они, вероятно, использовались как наконечники стрел. Из других орудий можно выделить скошенный остроконечник, который также можно классифицировать как резец; но в целом эта категория представлена здесь довольно невыразительно, и только некоторые виды могут быть вычленены в какую-то отдельную группу микролитических орудий.

Не обнаружено принципиальной разницы между микролитами, найденными в песчаных слоях и располагавшимися в более ранних грунтовых слоях. Вместе с керамикой в песчаных слоях найдены по большей части производственные отходы в виде первичных отщепов, а черепки керамики, хоть по качеству и лучше керамических остатков из более раннего слоя, не могут быть определены точно по времени иначе как «относящиеся к «перехлестыванию» неолита и железного века».


Рис. 15. Микролиты, найденные в местонахождениях Тери в округе Тинневалли


Все образцы керамики, найденные вместе с микролитами, не относятся к глубокой древности и дают основание говорить о том, что микролитические производства появились не ранее 1-го тысячелетия до н. э. Правда, среди «капсийских» орудий, найденных в Кении, присутствуют образцы очень примитивной керамики; а хотя образцы каменных орудий относятся к верхнему палеолиту, но имеют довольно явно выраженные микролитические черты, особенно это касается пластины-полумесяца от 1,9 до 2,5 сантиметра в длину. И хотя точная датировка «капсийских» орудий пока не установлена, аналогичные орудия, обнаруженные в Северной Африке, датируются 6500-м и 5000 гг. до н. э. Помимо «капсийских», на юге Сахары были обнаружены и более поздние группы орудий, самые ранние из которых, по мнению Уилтона, могут быть соотнесены с самыми поздними орудиями четвертой группы, по классификации Каммиада – Баркитта, обнаруженными в Южной Индии. Местонахождения на юге Сахары содержали крошечные орудия, включая полумесяцы, ножевидные пластины с затупленной спинкой, треугольники и нуклевидные скребки. Подобные микролитические местонахождения аналогичной датировки были обнаружены в долинах рек Махи и Годавари, в горах Виндхья-Каймур и во многих других местах Центральной и Южной Индии, причем только в двух случаях стратиграфический анализ показал отсутствие керамики в слоях с остатками орудий.

Первый из них касается местонахождения в Рангпуре на полуострове Катхиявар, где помимо археологического материала, связанного с индской цивилизацией, был обнаружен слой с грубо сделанными микролитами, изготовленными из яшмы и агата, причем остатки керамики в этом слое отсутствовали. Правда, этот слой не был подвергнут должному обследованию; можно лишь сказать, что обнаруженные микролиты использовались не позднее второй половины 2-го тысячелетия до н. э.


Рис. 16. Микролиты, найденные в местонахождении Йерангал в районе Бомбея


Второй относится к местонахождениям в округе Тинневалли вдоль морского побережья к югу от Мадраса. Здесь прибрежная равнина покрыта красными песчаными дюнами – «тери», соответственно и местонахождения известны как местонахождения Тери. Здесь образовались песчаные лагуны, состоящие из трех «возрастных» ступеней – горизонтов: А, В и С. Из-за значительного выветривания слоя А образцы древних орудий, имеющих очень большую ценность для исследователей, были обнаружены в горизонте В. Их подвергли детальному изучению Цейнер и Оллчин.

Изделия, представленные здесь, являют собой маленькие пластинки и призматические нуклеусы не особенно правильных очертаний, мелкие острия с затупленным краем, полумесяцы, маленькие чоппинги и диски. Материалом для изготовления орудий служили кварц и кремнистый сланец. Черепки керамики, обнаруженные в некоторых местах и ассоциирующиеся с мегалитом, относятся примерно к 3 – 4-му тысячелетию до н. э. и, очевидно, попали сюда вследствие выветривания горизонта А. В целом же можно сказать, что местонахождения в районе Тинневалли относятся к докерамическим культурам или, по крайней мере, не совпадают с керамическим производством. Интересно наличие небольшого числа наконечников стрел, обработанных с обеих поверхностей отжимной ретушью. Такие наконечники практически неизвестны в каменном веке Индии, но найдены в небольшом количестве на Цейлоне.

В период существования здесь стоянок уровень моря был на 6 – 9 метров выше современного; стоянки, по крайней мере временные, существовали до появления шлифованного каменного топора (который вообще редко встречался в Южной Индии) и халколитических культур, для которых было характерно производство керамики. Понятие «мезолит Индии» трудно употреблять в четко определенном смысле с учетом имеющегося на сегодня материала, но можно предположить, что вследствие проникновения микролитических культур через Аравийский полуостров в Индию и Африку есть основания включить их в классификацию каменного века Индии как один из типов каменных орудий верхнего палеолита. Однако отсутствие качественного сырья, твердых пород камня не позволяло индийским мастерам делать столь же качественные орудия, как в Африке и Европе, и общий уровень индийских микролитических изделий является весьма средним. Правда, К. Тодд, большой знаток микролитов, особенно обнаруженных в районе Бомбея, отмечает, что образцы, обнаруженные на западном побережье, отличаются по форме, степени патинизированности и прочности от образцов, найденных внутри страны. Они также отличаются большим разнообразием, в то время как во внутренних районах представлены лишь полумесяцы, пластины и нуклеусы. Если это утверждение верно – а оно подтверждается тем, что микролиты редко встречаются в восточных районах, хотя недавно в Дургапуре, в Западном Бенгале, было обнаружено грубое микролитическое производство без каких-то следов одновременного производства керамики, – то оно подтверждает предположение о том, что микролиты попали в Индию с северо-запада Азии или северо-востока Африки, что, в свою очередь, подтверждает нашу гипотезу о том, что побережье Индийского океана – это уникальный очаг взаимодействия различных культур, их уникальная общность.

В завершение, конечно, следует сказать, что технический уровень как до, так и в течение 3-го тысячелетия до н. э. был весьма низким. В местонахождении в Брахмагири (район Читалдруг на севере штата Майсур) были обнаружены изделия, которые по времени являются предшественниками культуры железного века. Это грубо выполненные орудия на отщепах с микролитической тенденцией: маленькие ножи с обушком, зазубренные пластины, один отщеп с гребешком, резец в форме клюва, скребки с ретушью и сегменты низкого качества. Низкое качество изделий говорит о том, что на рубеже века меди, бронзы, появления шлифованного ручного топора микролитическая культура была уже на последнем издыхании.


Рис. 17. Микролиты, найденные в местонахождении Брахмагири


Взаимодействие халколитических культур и культур железного века в Центральной Индии с микролитическими будет дополнительно рассмотрено в главе 7.

Использование в настоящее время термина «неолит» или «новый каменный век» не имеет особого смысла. При отсутствии четкой классификации микролитических культур неолитическая культура не была и не могла быть вычленена и классифицирована как отдельная целостная культура. Производство пластин с микролитической тенденцией существовало, как мы видели, и до, и после начала использования металла. Однако менее вероятно, что начало производства шлифованных каменных орудий предшествовало появлению хоть каких-то навыков обращения с медью и бронзой. До того как вернуться к этому вопросу, хотелось бы сказать еще несколько слов о производстве пластин на отщепах, которое достигло своей кульминации в Северной и Центральной Индии в эпоху халколита.

И в Суккуре, и в Рохри, расположенных в Синде, на противоположных берегах нижнего течения Инда, были обнаружены производства орудий из ядрищ и на пластинах, относящиеся к халколитической культуре и при этом не ассоциирующиеся ни с производством керамики, ни с производством металлических изделий. Возможно, это объясняется тем, что в этих местонахождениях были обнаружены мастерские. С другой стороны, есть основания геологического характера считать, что они предшествовали халколитической культуре в долине Инда, поскольку залегают в слоях, покрытых сверху слоем ила в результате разливов Инда, располагавшихся значительно выше над уровнем моря, чем сегодня, и намного выше, чем во времена индской цивилизации[67]. Это дает основания полагать (но не утверждать), что производства, обнаруженные в Суккуре и Рохри, предшествовали халколитической культуре производства каменных орудий в долине Инда, хотя временной интервал между ними и не был большим.

Орудия выполнялись из местного сырья происхождения эпохи эоцена[68] – кремнистых сланцев, наиболее прочной породы, встречающейся в Индостане. Среди обнаруженных почти или прямо на поверхности холмов ядрищ, отщепов и орудий встречались образцы разной степени патинизированности, и предполагалось по этому признаку определить их возраст. В Суккуре среди большого количества отходов были обнаружены широкие и узкие пластины, толстые и грубо выполненные, с незначительной ретушью в нижней части с одной или с обеих сторон, иногда имеющие естественную корку; отщепы со следами предварительной обработки и без таковых; множество прямозаостренных скребков в форме самолета; ряд конусообразных нуклеусов с многочисленными рубцами от сколов, напоминающие нуклеусы, типичные для индской цивилизации; также незначительное количество топоровидных нуклеусов, напоминающие ашельские рубила, но отличающиеся от них по возрасту и технике выполнения. В Рохри обнаружено большое количество пластиновидных нуклеусов, в основном конической формы, а также множество грубых пластин самой разной формы, значительно уступающих по качеству образцам из других мест. Ряд найденных пластин более высокого качества, скорее всего, оказался здесь в результате торговли.

О великой цивилизации, распространившейся в долине Инда до Камбейского залива на юге, мы будем говорить в следующей главе, сейчас лишь отметим, что важным добавлением к характерным для нее бронзовым изделиям был нож, представлявший собой длинное орудие из ножевидной пластины с параллельно расположенными сторонами, выполненное из кремнистого известняка. Аналогичные пластины были обнаружены на холмах Белуджистана; есть экземпляры, как совпадающие по времени с индской цивилизацией, так и предшествующие ей. Ретушь встречается редко; как отметил полковник Д.X. Гордон, из 1758 обследованных пластин на основных местонахождениях в долине Инда только 104 носили следы вторичной обработки; некоторые были обработаны с двух сторон для формирования лезвия, некоторые притуплены или имеют выемку с одного конца, для насадки рукоятки. Лезвие прекрасно отточено и отполировано. Некоторые найденные нуклеусы также отшлифованы и, возможно, использовались для заточки металлических изделий. Микролиты в местонахождениях отсутствуют. С другой стороны, найдено много топоровидных орудий с лезвием подпрямоугольного сечения, иногда огромных размеров, которые, очевидно, использовали в качестве мотыги или для рубки деревьев.

Ножевидные пластины с параллельно расположенными сторонами, выполненные из кремнистого известняка, были найдены и еще южнее – в местонахождениях в Лотхале и Рангпуре на полуострове Катхиявар. Поэтому можно говорить о культурном родстве этих орудий с теми, которые были недавно обнаружены на многочисленных местонахождениях халколитической культуры в Центральной Индии (на севере и в центральной части Декана): Трипури, Нагда, Махешвар, Навдатоли, Пракаш, Бахал, Неваса, Джорве, Насик и Маски. Все эти месторождения явно моложе индской цивилизации и могут быть датированы промежутком между 1200-м и 500 – 400 гг. до н. э.[69] Эта культура напоминает образцы, найденные на севере Индии, но ее нельзя отдельно вычленить и назвать «индской», потому что изделия имеют ярко выраженную микролитическую тенденцию[70] и включают в себя полумесяцы и другие микролиты; хотя для характеристики изделий, найденных в Маски, где были обнаружены пластины из кремнистого известняка 13 сантиметров в длину, термин «микролит» был бы слишком общим. К этим культурам Центральной Индии мы еще вернемся в главе 7; в то же время хотелось бы отметить, что обнаруженные в Маски пластины, как и те, что были обнаружены на полуострове Катхиявар, говорят о проникновении культуры производства пластин северо-западной части Индии в характерную для Декана микролитическую культуру производства каменных изделий.

Наконец, хотелось бы сказать несколько слов о наиболее характерных для Индии каменных орудиях – шлифованном каменном топоре и долоте. Во многих районах Декана и полуострова Индостан в целом образцы этих орудий попадаются буквально на каждом шагу – их можно встретить даже во время прогулки. Поэтому места, где они были найдены, быстро забываются, и музеи Англии и Индии буквально забиты экземплярами с неуказанным местом обнаружения. На карте можно отметить, как минимум, 80 небольших местонахождений. В северо-западных районах они попадаются не так часто; основной район распространения – вдоль линии от Бомбея до Канпура, в среднем течении Ганга и до реки Кавери на юге. Короче говоря, каменные топоры характерны в основном для восточных и южных районов Индии; на самом юге и на Цейлоне они не встречаются.

В зависимости от формы эти орудия подразделяются на три группы, каждая из которых, в свою очередь, – на четыре подгруппы. Рамки настоящего исследования не позволяют рассматривать более подробную детализацию. Подобная попытка была предпринята Суббарао, Уорманом и Оллчином, но они сумели собрать материал только по Беллари (шт. Майсор). Хочу остановиться на двух способах изготовления орудий.

В первом случае камень сначала грубо обрабатывается молотом, затем ненужные фрагменты удаляются при помощи отбойника (типа каменного долота) и, наконец, происходит обработка и шлифовка всей нижней части изделия. В результате получается изделие с овальным, трапециевидным или подтреугольным сечением.

Второй способ состоит в откалывании отщепов от ядрища, в результате чего образуется плоское изделие с подтреугольным сечением, которое затем полируется и отшлифовывается по всей поверхности.

Обычно первым способом изготовляются топоры, реже тесла с приостренным (иногда закругленным) обушком; вторым – тесла или мотыги: хвостовые или с плечиками.

Топоры с приостренным обушком были впервые включены в стратиграфический анализ в 1947 г. во время раскопок в Брахмагири, в северной части Майсура, в 48 километрах южнее района Беллари. Было раскопано многослойное древнее поселение, показавшее последовательность трех основных культур. В одном слое были обнаружены образцы «круглой (италийской)» и расписной керамики красно-коричневого цвета («Андхра»), относящихся к I в. н. э. Этот слой частично перехлестывается с нижним, в котором были обнаружены образцы мегалитической культуры, использующей и металлические изделия, которые появились здесь задолго до III в. до н. э. В свою очередь, под этим слоем, также перехлестываясь с ним, находились образцы халколитической культуры, относящиеся к двум подпериодам: к одному относились каменные топоры, грубые микролиты и грубая керамика, к другому – остатки предметов из меди и бронзы. Наложение одного слоя на другой и их смешение говорит о том, что различные культуры какое-то время существовали одновременно, однако нет оснований говорить о плавном, органичном переходе одной культуры в другую. Мы имеем дело с тремя довольно ярко выраженными культурами, самая ранняя из которых – культура каменного топора – прекратила свое существование вскоре после 200 г. до н. э. Другими словами, культура каменного топора и соответствующих ей медных и бронзовых изделий просуществовала в южной части Декана около трехсот лет после того, как в северных районах начали использовать железные орудия. Это вполне типично для Индостана; множество других примеров свидетельствует об индивидуальных особенностях и своеобразии исторического развития в различных районах Индии.

Культура каменного топора представлена в Брахмагири многочисленными образцами в слое толщиной 2,5 – 2,7 метра – это фрагменты построек, очагов и т. д., существующих на протяжении довольно длительного периода времени. Мы навряд ли намного ошибемся, если предположим, что это поселение было создано около 700 г. до н. э. и просуществовало пять столетий.

Пример Брахмагири не единичный. Недалеко от Беллари д-р Суббарао обнаружил еще одно поселение культуры каменного топора, занимающего слой толщиной 1,4 метра – что довольно много для этой холмистой местности, – предшествующий слою с образцами мегалитической культуры. Каменные топоры вновь были обнаружены вместе с микролитическими отщепами, что в очередной раз продемонстрировало взаимное наслаивание этих двух основных культур.

Другие материалы свидетельствуют о том, что каменные топоры с заостренным обушком или похожие на них орудия встречались во второй половине 2-го тысячелетия до н. э.; например, в Сонепуре в районе Гая, штат Бихар, они были обнаружены вместе с образцами «северной чернолощеной керамики» и железными изделиями. Случайное обнаружение каменных топоров в ряде районов (например, в Таксиле) необязательно имеет серьезные причины географического или хронологического характера: их часто подбирали просто из любопытства и даже использовали (а в некоторых местах и сейчас используют) в качестве предметов культа. В Южной Индии их и сейчас можно увидеть в деревнях на местах захоронений в качестве ритуальной символики. Рассматривать их как орудия можно лишь в том случае, если они сделаны человеческими руками из отщепов и обнаружены в большом количестве. Нет данных, подтверждающих наличие производства этих орудий после окончания III в. до н. э., хотя в некоторых районах Декана и полуострова Индостан они, возможно, производились и позднее.

Также нет доказательств того, что каменные топоры использовались до появления изделий из меди и бронзы. Подобные вещи непросто выяснить уже потому, что племена, использовавшие каменные топоры, обычно не пользовались металлическими орудиями[71], например, в Брахмагири люди, использовавшие каменные топоры, были знакомы с металлом. Также и в Невасе, в верхнем бассейне Годавари и Правары, в слое, расположенном после палеолитического (и отделенном от него слоями глины и ила), вместе с шлифованными каменными топорами и каменными молотами были обнаружены как выполненные из меди или бронзы два долота, игла, копье и четверо бус, так и выполненные из халцедона микролиты – сегменты, треугольники, притупленные пластины, ассоциирующиеся с культурой каменного топора. Из образцов керамики встречались, в частности, сосуды с носиком, с ярко выраженным окаймлением вокруг горла, тонкостенные, тщательно обработанные, украшенные как геометрическими, так и другими росписями, нанесенными в основном черной краской. Они напоминают образцы халколитической культуры, найденные в ряде местонахождений Северного Декана (Насик, Джорве, Навдатоли). Абсолютно точная хронология этих местонахождений не установлена, но в некоторых местах за халколитическими культурами следовали культуры эпохи железа, относящиеся ко второй половине 1-го тысячелетия до н. э.; в целом картина совпадает с той, что получена на основании данных в Брахмагири. Можно предположить, хоть это и не доказано, что шлифованные каменные топоры с приостренным обушком и топоры схожего типа производились в основном между 1000-м и 200 гг. до н. э., вероятно, ближе к концу этого периода.

До того как поговорить о происхождении каменного топора в Индии, хотелось бы сказать несколько слов о весьма оригинальном и вполне самостоятельном орудии, имевшем общий географический район распространения с топором. Это прилаживаемая к ручке мотыга с плечиками – тщательно шлифованная, с заостренным с одной стороны лезвием[72]. Она была распространена в центральных и южных районах Индии до нижнего течения Годавари на юге. Изготовлялась из кремнистого известняка или сланца. В Ассаме встречается на всей территории, за исключением приграничного района Садья, однако образцы, найденные в Гаро и на холме Кхази, являются грубо выполненными и могут быть охарактеризованы как «провинциальная имитация». В Бенгале встречается редко (только недавно был обнаружен экземпляр в районе Миднапур, но вновь попадается на границе Бенгала и Бихара в Сантал-Парганасе, Манбхуме и Дхалбуме; далее на юг – в Майюрбхандже и по всей территории Ориссы. На западе образцы обнаружены в районе Банда в южной части штата Утар-Прадеш и в Каушамби; а один образец был найден в Читоре, в Раджастхане). В целом очевидно, что это орудие тяготеет к восточным районам.


Рис. 18. Районы распространения каменных плечиковых мотыг


За пределами Индии образцы хорошего качества были обнаружены в Бирме, а грубые болванки вперемешку с тщательно обработанными конечными продуктами встречаются по всей территории Юго-Восточной Азии. Это и Малайзия, и Индокитай, где они представлены образцами так называемой «баксонианской» культуры к северу от Ханоя и культуры Сомронг-Сен в Камбодже и Таиланде. Навряд ли есть основание сомневаться в том, что общины, использовавшие мотыги с плечиками, также использовали керамику и изделия из бронзы и меди, хотя такие образцы и не были обнаружены археологами-раскопщиками. Остатки, имеющие, по-видимому, отношение к этим культурам, обнаруженные в прибрежных районах Тонкинского залива, относятся к периоду правления династии Хан (202 г. до н. э. – 220 г. н. э.). В Китае грубо выполненные образцы мотыг встречаются на территории от Гонконга до провинции Хунань и провинции Сычуань в долине Янцзы[73]. Навряд ли они встречались в Маньчжурии и Японии. Очень приблизительно можно отнести этот вид орудий ко времени династии Ин (около 1300 – 1208 гг. до н. э.), когда в районе Аньюаня на юго-востоке Тяньцзиня были распространены топоры с плечиками, выполненные из бронзы. Конечно, более современные прямоугольные образцы больше напоминают металлические изделия и, как предполагается, были сделаны при помощи металлического шнура – эта технология применяется в Индии до сих пор[74]. По имеющимся данным, если брать их в целом, родиной мотыги с плечиками является Китай, где она появилась в первой половине 1-го тысячеления до н. э., а из Китая она уже распространилась на юг в Лаос и Бирму. Нет точной даты ее появления в Индии; но если отталкиваться от местонахождений, обнаруженных в Тонкине, можно предположить, что это была вторая половина 1-го тысячелетия до н. э., то есть позднее появления первых шлифованных каменных топоров. Связывать ее появление в Индии с проникновением языков из Юго-Восточной Азии можно лишь на уровне предположения.

Возвращаясь к вопросу о происхождении и распространении шлифованного каменного топора в Индии, как и в случае с мотыгами, можно утверждать, что образцы, встречающиеся в Восточной Индии, не попали сюда из Западной Азии[75]. Можно, конечно, предположить, что культура топора проникла в Китай из Западной Азии по одному из торговых путей типа Великого шелкового пути, но на сегодня нет никаких свидетельств в пользу такой точки зрения. В Бирме они, правда, встречаются довольно редко и не тяготеют к какому-то определенному району. В Лаосе встречаются и топор и мотыга. В Малайзии топор напоминает индийские образцы, но имеет более округлый обушок. В прибрежных районах Тонкинского залива топоры использовались общинами, занимавшимися в основном охотой; предполагается, что производство топора стало прямым продолжением все возрастающего производства шлифованных каменных орудий, но это только предположение. Образцы топоров со следами оббива китайских провинций Хэнань и Шаньдун больше похожи на индийские, чем образцы из Юго-Восточной Азии. Недостаточная на сегодня изученность вопроса и, что немаловажно, отсутствие точной датировки не позволяют напрямую связывать между собой образцы, обнаруженные в Индии и Китае; хотя вполне возможно предположить примерный географический маршрут их распространения, идущий из внутрикитайских районов, расположенных севернее Янцзы, через провинцию Сычуань в направлении провинции Хунань[76] и Бирмы[77]. Навряд ли, правда, этот маршрут был маршрутом распространения мотыг, поскольку они, в отличие от топоров, не обнаружены в провинции Юньнань[78]. Также легко попасть в Бирму, Ассам и Бенгал, используя прибрежные маршруты из Китая в Юго-Восточную Азию[79]. В любом случае на сегодня достаточно материала, чтобы предположить, что распространенные в Индии каменные топоры произошли из Центрального Китая. Однако наибольшее распространение и применение как топоры с округлым обушком, так и более часто встречающиеся топоры с заостренным обушком получили именно на индийской земле.

Остается самый главный вопрос: какое воздействие культура каменного топора оказала на человека того времени и его образ жизни? Делать какие-то выводы на основании костных останков, найденных в Брахмагири, можно будет лишь по получении подробного заключения из Департамента антропологии Индии. Но что можно сказать хотя бы об образе жизни тех людей?

На основании раскопок поселения в Брахмагири можно сказать, что жившие там люди вели оседлый образ жизни и в основном занимались приготовлением пищи. Жили в деревянных хижинах, представлявших собой деревянный каркас, внутри и снаружи обмазанных глиной. На плане жилища прямоугольные[80]. Поселение было окружено джунглями, и жители расчищали место для земледелия при помощи каменных топоров и, вероятно, огня.

В этой связи д-р С. фон Фюрер-Хаймендорф предположил, что жизненный уклад людей того времени схож с укладом племени реддис, сохранившим первобытный образ жизни и живущим в горной местности на плоскогорье Декан вдоль берегов Годавари. Занимая промежуточное положение между полукочевыми племенами, занимающимися собирательством, и оседлыми земледельцами и скотоводами, они живут в небольших поселениях, сочетая в своем быту оба эти уклада. «Их способы ведения сельского хозяйства, – пишет фон Фюрер-Хаймендорф, – крайне примитивны. Они вырубают и выжигают площади в джунглях, а затем на почве, удобренной золой, сеют сорго, просо и бобовые; семена разбрасываются по полю, плоды же вкапываются при помощи палки-копалки. Мотыга отсутствует... Человек времени неолита, вооруженный шлифованной мотыгой, вполне мог выращивать аналогичные сельскохозяйственные культуры». Можно предположить, что жители Брахмагири находились на более высоком уровне развития, чем реддис, и что они, по крайней мере, уже умели сочетать подсечно-огневое земледелие с определенной культурой севооборота. К этому следует добавить, что профессор Ф. Цейнер[81] подтвердил связь наличия зольных холмов, расположенных между Беллари и Хоспетом[82], с неолитическими поселениями, объяснив скопление золы сжиганием навоза; осматривая один из холмов и прилегающую к нему местность, я собрал полдюжины каменных топоров с приостренным обушком в течение получаса. Аналогичные находки были сделаны Л. Вулли в 1938 г., а в 1872 г. Б. Фут нашел орудия, похожие на мотыгу, в одном из зольных холмов между Беллари и Гадагом[83]. Недавно Оллчин путем раскопок, проведенных в этом районе, установил наличие загона для скота, датировав его 2000 г. до н. э. Это подтверждает то, что люди времени культуры каменного топора занимались скотоводством и простейшими видами сельского хозяйства.

Вкратце суммируя вышеизложенное, можно сказать, что около 1000 г. до н. э. или немного позже общины земледельцев, изначально не очень многочисленные, пришли в джунгли Северо-Восточной и Восточной Индии из Бирмы или более отдаленных районов. Они были вооружены неолитическими каменными орудиями, происходящими из Северного Китая; здесь в эпоху производства каменных топоров уже были знакомы с изделиями из бронзы, которыми в этих районах пользовались задолго до 1000 г. до н. э. В Юго-Восточной Азии аналогичные каменные орудия появились не раньше IV или III в. до н. э.; использовались ли здесь в то же самое время металлические орудия, точно не установлено. Каменные топоры и, возможно, вслед за ними плечиковые мотыги попали в Индию через Бирму; для увязывания этих явлений с проникновением и распространением языков из Юго-Восточной Азии и Австралии, а также мегалитических культур доказательств на сегодня недостаточно. Стратиграфия не показывает связь этих орудий в Индии с мегалитами.

В Центральной Индии каменные топоры, как представляется, существовали параллельно с микролитическими орудиями на отщепах, уже укоренившимися в центральных и южных районах Индостана, а возможно, и смешались с ними. Навряд ли люди времени мегалитических культур, особенно в Центральной Индии, абсолютно ничего не знали о сельском хозяйстве, в частности о земледелии, создании запасов продовольствия и животноводстве; в северных и северо-западных районах Индостана все это было известно в течение многих веков. Среди труднопроходимых джунглей каменный топор оказался для них очень полезным орудием. Попала ли из Китая в Индию вместе с культурой каменного топора и культура бронзы, однозначно ответить трудно. Скорее всего, она распространилась в Индии вместе с халколитическими культурами. Вероятно, те, кто принес в Индию культуру каменного топора, к моменту своего появления на субконтиненте находились на уровне неолитической культуры. В таком случае можно утверждать, что период неолита существовал в Индии как отдельный культурный период, пусть и недолгое время. Однако археология пока не представила подтверждающих это данных. Особую важность в этом смысле имел бы систематизированный археологический материал, полученный из Ассама и Бирмы.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Мишель Пессель.
Заскар. Забытое княжество на окраине Гималаев

Майкл Эдвардс.
Древняя Индия. Быт, религия, культура

Г. М. Бонгард-Левин, Э. А. Грантовский.
От Скифии до Индии

Р. Б. Пандей.
Древнеиндийские домашние обряды

Уилер Мортимер.
Древний Индостан. Раннеиндийская цивилизация
e-mail: historylib@yandex.ru
X