Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

В.М. Тихонов, Кан Мангиль.   История Кореи. Том 2. Двадцатый век

Рабочее движение при Чон Духване (1980-1987)

При Чон Духване, который пришел к власти в результате военного переворота 12 декабря 1979 г., рабочее движение подавлялось даже более сурово, чем при Пак Чонхи в период юсин. Сразу после захвата власти военная хунта уволила с работы многих профсоюзных руководителей и под предлогом так называемого «очищения общества» распустила региональные объединения профсоюзов, что было особенно тяжелым ударом по рабочим мелких предприятий. В декабре 1980 г. новый режим в корне пересмотрел существовавшие законы о труде, в результате чего государственный контроль над рабочим движением усилился.

Пересматривая трудовое законодательство, администрация Чона стремилась, в первую очередь, ограничить размеры профсоюзов масштабами отдельных предприятий. Условия для создания профсоюзов были затруднены, а система, при которой вступление в профсоюз выставлялось условием найма на работу («профсоюзный цех») — объявлена вне закона. Увеличивая число поводов для собственного вмешательства в деятельность профсоюзов, режим одновременно запретил вмешательство в их деятельность «третьих сторон», что было попыткой предотвратить поддержку рабочего движения интеллигенцией. Ограничения на рабочие выступления также усилились. Они были запрещены на государственных учреждениях и предприятиях, в местных органах власти и на предприятиях оборонной промышленности. Было увеличено время, которое давалось администрации предприятий на урегулирование трудового конфликта перед началом забастовки. Система обязательного арбитражного разбирательства перед голосованием о забастовке — оттягивавшая начало забастовки и дававшая арбитражным органам возможность навязать рабочим невыгодное для них разрешение конфликта — теперь распространилась не только на некоммерческие организации, но и на обычные предприятия и компании. Таким образом, правительство фактически получило право прекращать любые трудовые выступления своим волевым решением.

Меры, предпринятые режимом Чон Духвана против рабочего движения, развалили «демократические профсоюзы», которые начали возникать в стране в 1970-х годах. В январе 1981 г. по распоряжению властей был распущен профсоюз текстильщиков сеульского рынка Чхонге, а его офис — захвачен полицией. В знак протеста члены профсоюза захватили офис официозного Азиатско-американского института свободного труда (Asian and American Free Labour Institute — AAFLI — существовал на средства американской профсоюзной ассоциации АФТ-КПО и должен был «содействовать развитию» проамериканских и антикоммунистических профсоюзов в Корее), но были разогнаны полицией. 11 человек были арестованы. Затем режим распустил профсоюзы работников торговой компании «Пандо» и компьютерного завода «Контрол Дэйта». Дольше всех сохранялся профсоюз работников шерстепрядильного предприятия «Вонпхун», но в сентябре 1982 г. пришел конец и ему. Он самораспустился под давлением правительства и хозяев предприятий, а на смену ему пришел новый, официозный, профсоюз.

Роспуск правительством «демократических профсоюзов» показал рабочим, что движение за права трудящихся неразрывно связано с борьбой против военной хунты. После подавления народного восстания в Кванджу в мае 1980 г. немало представителей интеллигенции и студенчества пошли на предприятия рабочими, приняли активное участие в рабочем движении и внесли большой вклад в развитие классового сознания трудящихся.

Примерно с 1984 г. давление властей начало ослабевать, и рабочее движение активизировалось вновь. Начавшаяся в Тэгу забастовка водителей такси быстро распространилась на другие города по всей стране, в том числе на Пусан, Масан и Тэджон. На текстильных предприятиях конгломератов «Тэу», «Хёсон» и «Сониль», на электротехнических фабриках в сеульском квартале Карибон вновь возникли «демократические профсоюзы», которые продолжили дело своих предшественников, существовавших в 1970-х годах. Но правительство отказалось признать эти новые профсоюзы, вследствие чего широкого распространения движение по созданию «демократических профсоюзов» получить не смогло.

Однако многие активисты уже осознали к тому времени, что ограниченность движения «демократических профсоюзов» 1970-х годов заключалась в концентрации усилий на экономических вопросах и в отсутствии солидарности между отдельными профсоюзами. Поэтому они начали прилагать усилия к развитию хотя бы элементарного политического просвещения трудящихся и воспитанию чувства классовой солидарности, что укрепило их организационно. Последствием стала проявившаяся с 1985 г. активизация рабочих на местах, происходившая независимо от руководства головных профсоюзов. При ведущей роли рабочих-выходцев из студенчества прошла забастовка на автомобильном заводе «Тэу» в городке Пупхён под Сеулом; коллективные акции в поддержку демократизации профсоюзов состоялись на Чансонской шахте, кондитерской фабрике «Хэтхэ чегва», оружейном заводе «Тхо-ниль сан-оп» и сталелитейном заводе «Ханиль».

Это вызвало ответные меры правительства. В частности, в июне 1985 г. были арестованы руководители профсоюза компании «Тэу — текстиль», который играл ведущую роль в движении «демократических профсоюзов». Они были обвинены в нарушении «Закона о трудовых конфликтах». В знак протеста члены профсоюза захватили здание компании. Чтобы их поддержать, объявили забастовку профсоюзы текстильных предприятий конгломератов «Тэу», «Хёсон» и «Сониль», электротехнических фабрик Карибона и фабрики «Пухын», а также ряда компаний индустриального комплекса «Куро» на юго-западе Сеула: «Седжин электронике», «Ром-Корея», «Намсон» (электротехническая компания) и «Тхониль саноп», но усилиями полиции и менеджмента она была быстро прекращена. Свыше 30 рабочих были арестованы, более одной тысячи — уволены, а независимые профсоюзы — распущены. Однако это выступление имело большое значение как первая за долгое время попытка широкомасштабной борьбы в знак солидарности с другими бастующими рабочими.

В середине 1980-х годах в дополнение к существовавшим официально профсоюзам, стали возникать полулегальные рабочие организации, которые внесли свой вклад в дальнейшее развитие рабочего движения. По инициативе бывших руководителей существовавших в 1970-е годы «демократических профсоюзов» в марте 1984 г. была создана Ассоциация за благосостояние корейских рабочих (Хангук но-донджа покчи хёбыйхве), а в феврале 1985 г. — Союз корейских рабочих-протестантов (Хангук кидоккё нодонджа чхон ёнмэн). В отличие от действовавшего в 1970-х годах Городского промышленного миссионерского общества (Тоси саноп сонгёхве), этими организациями руководили сами рабочие. Они не просто оказывали поддержку движению со стороны, а являлись его составной частью.

После разгона забастовки солидарности в индустриальном комплексе «Куро» в рабочем движении стали слышаться настойчивые призывы к преодолению «экономизма» (борьба за узко экономические требования) и трансформации рабочего движения в движение за широкие социальные реформы. Тогда и стали возникать нелегальные и секретные рабочие организации, которые существенно отличались от обычных профсоюзов. Типичным примером может служить Сеульский союз рабочего движения (Соуль нодон ундон ёнхапСонорён). Он позиционировал себя как «массовую политическую организацию» и считал главными целями своей деятельности политическую агитацию и политическую борьбу за социальные реформы. В экономической борьбе он призывал к бескомпромиссности.

Сразу после создания Сонорён сходные с ним по характеру организации появились в каждом регионе, например, Союз рабочих Инчхона или Анъянский комитет по завоеванию «трех рабочих прав»1. Эти организации поддерживали борьбу трудящихся за улучшение условий труда и одновременно предпринимали меры, чтобы повысить их политическую сознательность. Однако их деятельность в значительной мере была ограничена кругом рабочих-выходцев из студенчества и меньшинства сознательных рабочих, не затрагивая широкие слои рабочего класса. Причиной была переоценка ими роли политической борьбы. Они не обращали должного внимания на экономическую борьбу, а внутри них за гегемонию соперничали различные политические фракции и кружки, что было весьма далеко от рабочих интересов. Вдобавок у них отсутствовала четкая политическая линия. Все эти факторы привели к постепенной утрате ими влияния. В дальнейшем возникли новые мнения по основным задачам рабочего движения, и было много споров. Возникли новые нелегальные организации, однако в условиях репрессий они не смогли укорениться непосредственно в рабочей среде.



1Т.е. прав на организацию профсоюза, коллективный договор и забастовку.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

М. В. Воробьев.
Япония в III - VII вв.

Под редакцией А. Н. Мещерякова.
Политическая культура древней Японии

Л.C. Васильев.
Древний Китай. Том 3. Период Чжаньго (V-III вв. до н.э.)

Леонид Васильев.
Проблемы генезиса китайского государства

Коллектив авторов.
История Вьетнама
e-mail: historylib@yandex.ru
X