Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Дэвид Кортен.   Когда корпорации правят миром

10. Подкуп демократии

Средства, создаваемые бизнесом (под которыми
я подразумеваю доходы, средства в деловых фондах
и личные вклады бизнесменов), должны устремиться
многомиллионным потоком в поддержку свободы...
чтобы обеспечить остронуждающихся в них ученых,
включая обществоведов, писателей и журналистов,
которые понимают связь между политической и экономической свободой.

Уильям Саймон,
бывший секретарь казначейства США [1]

До образования НАФТА мы считали, что
корпорации могут подкупать лишь правительства
Юга. Теперь мы видим, что они подкупают также
и правительства Севера.

Игнасио Пеон Эскаланте,
Мексиканская сеть содействия свободной торговле


Корпорации США вступили в 1970-е годы в обстановке мятежной антипотребительской молодежной культуры, стремительно растущего движения за охрану природы и безопасность товаров и серьезного экономического вызова со стороны Азии. Не только их мечта о всемирной гегемони разлеталась в прах, но они рисковали потерять контроль на своей собственной территории. В ответ они мобилизовали свои совместные политические ресурсы, для того чтобы вновь обрести контроль над политической и культурной повесткой дня. Их методы заключались в сочетании изощренной технологии маркетинга, старой как мир покупки голосов избирателей, денежной поддержки идеологически преданных интеллектуалов, законодательных инициатив и многих из тех приемов мобилизации населения, которые применяли активисты охраны природы и движения за охрану прав потребителей против корпораций в I960—1970-х годах. Их кампании были хорошо профинансированы, использовали изощренные стратегии и были профессионально организованы. Основными целями были либерализация, экономическая глобализация и ограничение корпоративной ответственности, — короче говоря, увеличение корпоративных прав и уменьшение корпоративной ответственности. Их кампания продолжается полным ходом и сейчас.

МОБИЛИЗАЦИЯ КОРПОРАТИВНЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕСУРСОВ



В 1971 году Торговая палата США обратилась за советом к адвокату и будущему члену Верховного суда Льюису Пауэллу в отношении проблем, с которыми столкнулись деловые круги. Пауэлл произвел на свет меморандум, озаглавленный «Атака на американскую систему свободного предпринимательства», предупреждавший о резких нападках экологов, активистов в защиту прав потребителей и всех тех, кто «пропагандирует против этой системы, кто коварно и постоянно изыскивает возможности для ее саботажа». Он утверждал, что настало время, «когда мудрость, находчивость и ресурсы американского бизнеса должны быть направлены против тех, кто хочет ее разрушить» [2]. Этот меморандум положил начало организованным усилиям могущественной коалиции деловых групп и идеологически совместимых фондов по приведению политической и законодательной системы США в соответствие с их идеологическим видением.

Среди прочих рекомендаций Пауэлл предлагал, чтобы деловое сообщество создало законодательный центр, организованный и финансируемый бизнесом для продвижения общих интересов бизнеса в судах страны. В результате в 1973 году на свет появился «Пасифик лигал фаундейшн» (ПЛФ) [3]. Он располагался в здании Торговой палаты города Сакраменто и был первым в сети оплачиваемых корпорациями юридических фирм «общественного интереса», призванных отстаивать интересы спонсирующих их корпораций. Он специализировался на защите интересов бизнеса против «законодательства о чистоте воздуха и воды, против закрытия национальных заповедников для поисков нефти и газа, прав рабочих, а также налогообложения корпораций», приблизительно 80% своего финансирования он получал от корпораций или корпоративных фондов [4].

В своей речи, произнесенной в 1980 году, управляющий адвокат ПЛФ Реймонд Момбойс перевернул действительность с ног на голову, обвинив экологов в «корыстной, эгоистической мотивации..; в способности прикрывать свои истинные намерения напыщенной риторикой об интересах общества безразличии к ущербу, который они наносят человечеству; способности манипулировать законами и средствами массовой информации; и, больше всего, в способности наносить чудовищный вред обществу» [5].

Деловые круги финансировали юридические и экономические программы в ведущих школах права для поддержки научных исследований, направленных на доказательство того, что неуправляемый рынок создает наиболее эффективное, а следовательно, и наиболее справедливое общество. Бизнес полностью оплачивал семинары в престижных университетах, таких как Джордж Мейсон и Йейл. чтобы познакомить участвующих в них судей с этими экономическими принципами и их применением в законодательной области [6].

До 1970-х годов интересы бизнеса были представлены старомодными корпоративными лоббистскими организациями, чьи названия говорили сами за себя: Институт пива, Национальная угольная ассоциация, Торговая палата или американский институт нефти. Когда активные общественные группы успешно организовали широкое гражданское давление на конгресс, бизнес решил, что нужно изменить тактику.

Корпорации начали создавать собственные «общественные» организации, название и имидж которых были тщательно продуманы, для того чтобы скрыть корпоративное спонсорство и истинные намерения. «Нэшнл ветланд коалиция», на эмблеме которой изображена утка, блаженно летящая над болотом, была спонсирована нефтяными и газовыми компаниями, а также застройщиками с целью бороться за ослабление ограничений на превращение сильно увлажненных земель в площадки для бурения и торговые центры. Спонсируемая корпорациями организация «Консьюмер алерт» борется с правительственными законами, защищающими безопасность товаров. Организация «Сохраним красоты Америки» пытается создать «зеленый имидж» для своих спонсоров — производителей бутылок, финансируя кампании против замусоривания, а тем временем те же самые спонсоры активно борются против законодательства об обязательной вторичной переработке. Стратегия заключается в том, чтобы убедить общественность, что мусор — это ответственность потребителей, а не упаковочной промышленности [7].

Взгляды этих и подобных групп, спонсируемых промышленностью, — 36 из них перечислены в книге «Обманчивые маски: фасадные группы американских корпораций» — регулярно приводятся в прессе как взгляды активной общественности. Единственная цель существования этих групп — убедить общественность, что интересы корпораций и есть интересы общества. В число крупнейших спонсоров этих групп входят «Доу кемикл», «Экссон», «Шеврон США», «Мобил», «Дюпон», «Форд», «Филипп Моррис», «Пфайзер», «Анхаузер-Буш», «Монсанто», «Проктер энд Гэмбл», «Филипс петролеум», «АТиТ» и «Арко» [8].

Деловые круги финансировали образование новых консервативных политических мозговых центров, таких как «Херитидж фаундейшн», и пробудили от летаргического сна пробюрократические мозговые центры, такие как «Америкэн энтерпрайз инститьют», бюджет которого увеличился в десять раз [9]. В 1978 году был учрежден «Инститьют фор эдьюкейшнл афферз», чтобы образовать союз корпоративных спонсоров и сочувствующих ученых, проводящих исследования, которые подкрепляют корпоративные взгляды на экономическую свободу [10].

В 1970 году лишь немногие из наиболее успешных 500 компаний («Форчун 500») имели офисы по связи с общественностью в Вашингтоне, но к 1980 году более 80% из них уже имели такие офисы. В 1974 году половину всех денег Комитета политического действия (КПД), используемых для обеспечения политикам поддержки в форме кампаний в защиту конкретных интересов, предоставляли профсоюзы. К 1980 году на долю профсоюзов приходилось уже меньше четверти финансирования [11]. Со вступлением в должность президента США Рональда Рейгана в 1981 году идеологический альянс корпоративных либертарианцев захватил контроль над инструментами власти.

Хотя многие из тех, кто участвует в этих кампаниях, действительно верят, что они действуют в интересах общества, мы фактически являемся свидетелями лобовой атаки на демократический плюрализм с целью расширить влияние идеологической программы корпоративного либертарианизма. Хотя он и выдвигается во имя свободы и демократии, на самом деле это широкое зло употребление корпоративной властью является насмешкой над той и другой.

СОЗДАНИЕ БИЗНЕС-ЛОББИ



«Круглые столы» по вопросам бизнеса являются национальными ассоциациями глав крупнейших корпораций. Если более доступные деловые организации, такие как Национальные торговые палаты и Национальные ассоциаций производителей, включают как большие, так и малые фирмы, представляющие множество различных интересов и целей, члены «круглых столов» по вопросам бизнеса все без исключения представляют крупные транснациональные корпорации, приверженные экономической глобализации.

Первый «Круглый стол» по вопросам бизнеса был организован в Соединенных Штатах в 1972 году. В число его 200 участников входили главы 42 из 50 крупнейших промышленных корпораций, включенных в список «Форчун-500», семь из восьми крупнейших коммерческих банков США, семь из десяти крупнейших страховых компаний США, пять из семи крупнейших компаний США по розничной торговле, семь из восьми транспортных компаний США, и девять из одиннадцати крупнейших фирм коммунального обслуживания. На этом форуме генеральный директор химического концерна «Дюпон» сидит рядом с генеральными директорами трех своих основных конкурентов — «Доу», «Оксидентал петролеум» и «Монсанто». Глава фирмы «Дженерал моторе» сидит рядом с главами «Форда» и «Крайслера» — и так далее по каждой важной отрасту промышленности. На этом форуме главы крупнейших корпораций, расположенных в США, отодвигают в сторону все, что разделяет их как конкурентов, чтобы добиться консенсуса по вопросам социальной и экономической политики для Америки. «Круглый стол» США описывает себя

как ассоциация генеральных директоров, которые изучают общественные вопросы, влияющие на экономику, и вырабатывают точку зрения, которая отражала бы здравые экономические и социальные принципы. «Круглый стол», учрежденный в 1972 году, был основан на вере в то, что деловые руководители должны играть все большую роль в непрерывной дискуссии по вопросам общественной политики.

«Круглый стол» считает, что основные интересы бизнеса очень близки интересам всего американского народа, который напрямую участвует в нем как потребитель, работник, инвестор и поставщик. ...Выбор участников отражает цель: получим А широкое представительство различных категорий бизнеса и широкое географическом представительство. Таким образом, около 200 генеральных директоров компаний все направлений могут представлять широкий спектр взглядов на проблемы страны [12].


«Круглый стол», безусловно, одна из наиболее закрытых организаций, имеющих наиболее постоянное членство, отличается крайне узким представлением о том, что составляет «широкий спектр» взглядов на проблемы страны. За очень немногими исключениями его участники представлены мужчинам белой расы старше 50 лет, чей ежегодный доход в среднем более чем в 170 раз превосходит валовой национальный продукт надушу населения в США [13]. Его участники возглавляют корпорации, которые снимают с себя ответственность за интересы страны и получают значительные доходы от экономической глобализации. Как только общая точка зрения определена, «Круглый стол» организует напористые кампании, добиваясь ее принятия на политическом уровне, используя, в частности, визиты своих членов — генеральных директоров — к конкретным сенаторам и конгрессменам.

«Круглый стол» занял особенно активную позицию в поддержке Североатдантического соглашения о свободной торговле (НАФТА). Понимая, что общественность может увидеть в свободной торговле частные интересы, если за нее будет агитировать закрытый клуб, состоящий из 200 крупнейших корпораций страны, «Круглый стол» создал фасадную организацию, США*НАФТА, в которую вошли 2300 корпораций США и различных ассоциаций. Хотя США*НАФТА утверждала, что представляет более широкие круги общества, каждый из руководителей от штата был корпоративным членом «Круглого стола». Все участники «Круглого стола», кроме четырех, имели привилегированный доступ к процессу переговоров по НАФТА через представительство в консультационных комитетах торгового представителя США. Используя широкий спектр имеющихся в их распоряжении средств массовой информации, члены «Круглого стола» буквально засыпали американцев уверениями в редакционных статьях, колонках политического комментария, выпусках новостей, радио-и телекомментариях, что НАФТА даст им высокооплачиваемую работу, остановит иммиграцию из Мексики и улучшит качество окружающей среды.

Девять представителей США* НАФТА от штатов («Эллайд сигнал», «АТиТ», «Дженерал электрик», «Дженерал моторе», «Фелпс Додж», «Юнайтед текнолоджиз», «ИБМ», «ИТТ» и «ТРВ») находились в числе американских корпораций, которые, согласно данным Ресурсного центра обоих полушарий, уже отправили около 180 000 рабочих мест в Мексику в течение двенадцати лет, предшествующих принятию НАФТА. В числе флагманов НАФТА были корпорации, известные нарушениями прав рабочих в Мексике и невыполнением стандартов техники безопасности на работе. Многие из них были главными загрязнителями окружающей среды в Соединенных Штатах и экспортировали или производили в Мексике товары, запрещенные в США [14].

ДЕМОКРАТИЯ ПО НАЙМУ



Одна из быстро растущих отраслей Вашингтона состоит из коммерческих фирм по связям с общественностью, а также финансируемых деловыми кругами политических институтов, занятых фабрикацией фактов, мнений, экспертных анализов, опросов общественного мнения и агитацией с помощью писем и телефонных звонков для создания поддержки «граждан» и положительного общественного имиджа компаний по запросам корпоративных клиентов. Уильям Фрейдер называет это «демократией по найму» [15]. «Бурсон Мартеллер» — крупнейшая в мире фирма по связям с общественностью с чистой прибылью 204 млн. долл. на 1992 год - работала на корпорацию «Экссон» во время аварии танкера «Экссон Вапьдес», и на «Юнион карбайл» во время Бхопальской трагедии. Пятьдесят крупнейших фирм по связям с общественностью в общей сложности работали в 1991 году 1,7 млрд. долл. [16].

В Соединенных Штатах имеется 170 000 работников сферы общественных отношений («паблик рилейшнз»), занятых манипулированием новостями, общественным мнением и общественной политикой в угоду интересам платных клиентов, что в настоящее время превышает количество репортеров приблизительно на 40 000 человек, и этот разрыв продолжает увеличиваться. Эти фирмы организуют кампании по написанию писем гражданами, обеспечивают оплачиваемых статистов, позирующих как «домохозяйки» и излагающих выгодные корпорациям взгляды на общественных встречах, и размещают благоприятные новости и благожелательные колонки редактора в прессе. Исследование, проведенное в 1990 году, показало, что почти 40% содержания новостей в типичной американской газете поступает из пресс-релизов, рассказов, сочиненных фирмами по связям с общественностью, вымышленных воспоминаний и предположений. Поданным журнала «Колумбия джорнализм ревью», более половины статей с новостями в «Уолт-стрит джорнал» основаны исключительно на пресс-релизах [17]. Различия между рекламой и новостями стираются с каждым днем.

Если республиканцы известны как партия денег, то демократическая партия исторически была партией народа со значительным представительством рабочего класса и национальных меньшинств. Раньше демократы в большой степени зависели от своих сильных первичных политических организаций — от людей больше, чем от денег, — в обеспечении голосов избирателей в день выборов. Эти структуры, в свою очередь, вынуждали политиков поддерживать некоторые контакты с первичными организациями и обеспечивали некоторую степень местной подотчетности. Связи с партией были прочные. По мере того как в жизни американцев росла роль телевидения и ослабевало американское профсоюзное движение, дорогостоящие избирательные кампании с использованием телевидения стали оказывать все более решающее влияние на исход выборов. В результате этого первичная организация, которая ранее была основой структуры демократической партии, распалась, вызвав утерю связи с народом и перестав представлять интересы тех, кто составлял опору демократической партии.

С распадом этой структуры те, кто борется за посты под флагом демократической партии, впадают во все большую зависимость от развития своих собственных организаций по сбору средств. Это сделало их более уязвимыми для влияния денежных интересов и резко усилило влияние большого бизнеса в определении политического курса обеих партий. Уильям Грейдер считает, что политический курс демократической партии теперь в значительной степени вырабатывается шестью расположенными в Вашингтоне юридическими фирмами, которые специализируются на продаже политического влияния состоятельным клиентам и на сборе средств для политических деятелей демократической партии. Поскольку эти фирмы так же тесно сотрудничают с республиканской партией, они являются брокерами власти для любого, кто оплачивают их работу [18]. Это — печальная сторона американской демократии.

республиканская партия не замедлила воспользоваться новыми обстоятельными, умело приспособив изощренные методы массового маркетинга к задаче победы на выборах. При помощи этих методов они сумели выполнить, казалось бы, невероятную задачу, сыграв на отчуждении граждан, чувствующих свое политическое бессилие, с тем, чтобы заручиться политической поддержкой народа в интересах элиты.

Будучи коммерсантами, республиканцы, естественно, лучше понимали маркетинг, чем демократы, и они применили то, что знали о продаже товаров, к политике, без тени сомнений, которые ограничивали политиков старого стиля. В результате этого на избирателей теперь смотрят, как на пассивное множество «потребителей», как на массовую аудиторию потенциальных покупателей. Посредством научного зондирования исследователи определяют, что эти потребители знают и думают и, что еще более важно, что они чувствуют даже тогда, когда они сами не знают своих «чувств». После этого разрабатывается стратегия кампании, чтобы соединить кандидата с этими предпочтениями потребителей. Рекламные образы создаются таким образом, чтобы произвести положительный эффект и осуществить продажу [19].

Американская демократия продается не только американским транснациональным корпорациям. Мексиканское правительство потратило свыше 25 млн. долл. и наняло многих ведущих вашингтонских лоббистов, чтобы поддержать кампанию в пользу НАФТА. В конце 1980-х годов японские корпорации тратили приблизительно 100 млн. долл. в год на политическое лоббирование в Соединенных Штатах и еще 300 млн долл. на создание общенациональной сети первичных политических организаций для воздействия на общественное мнение. Совместно с японским правительством японские компании наняли 92 вашингтонские юридические лоббистские фирмы и фирмы по связан с общественностью от своего имени. Это по сравнению с 55 в Канаде, 42 в Британии и 7 в Нидерландах. Целью является переписать американские законы в пользу иностранных корпораций. И зачастую это удается [20].

Корпоративное либертарианство — идеология, чьи заверения и обещания фальшивы и служат собственным интересам, подобно заверениям сигаретных компаний о том, что никотин не вызывает привыкания, а сигаретный дым не представляет опасности для здоровья, — стал доминирующей философией нашей политической культуры и наших наиболее влиятельных институтов. Таков результат непрерывной кампании с применением самых совершенных из всех известных на сегодняшний день методов, разработанных мастерами массового маркетинга и манипулирования средствами массовой информации. Это одна из составляющих более крупной кампании по глобализации их рынков и по внедрению корпоративного либертарианства и потребительства в унифицированной глобальной культуре.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Александр Дугин.
Конспирология

Юрий Бобылов.
Генетическая бомба. Тайные сценарии наукоёмкого биотерроризма

Чарлз Райт Миллс.
Властвующая элита

коллектив авторов.
Теория заговора: Самые загадочные события тысячелетия
e-mail: historylib@yandex.ru
X